3701 Цветаева М. Ахматовой — 6. Не отстать тебе! Я – острожник…
Не отстать тебе! Я – острожник, Ты – конвойный. Судьба одна. И одна в пустоте порожней Подорожная нам дана.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Не отстать тебе! Я – острожник, Ты – конвойный. Судьба одна. И одна в пустоте порожней Подорожная нам дана.
Что белеется на горе зеленой? Снег ли то, али лебеди белы? Был бы снег – он уже<?> бы растаял, Были б лебеди – они б улетели.
Да здравствует черный туз! Да здравствует сей союз Тщеславья и вероломства! На темных мостах знакомства,
О Боге нам гласит времен круговращенье, О благости Его — исполненный Им год. Творец! весна — Твоей любви изображенье: Воскреснули поля; цветет лазурный свод;
С обидой я из жизни ухожу, Проклятья рвутся из души моей. Напрасно, мать, растила ты меня, Напрасно изливала свет очей.
1 Она одна меж дев своих стояла, Еще я зрю ее перед собой; Как солнце вешнее, она блистала
Мускулистый, плечистый, стоит над ручьем. И светило восходит за правым плечом.
На камине свеча догорала, мигая, Отвечая дрожаньем случайному звуку. Он, согнувшись, сидел на полу, размышляя, Долго ль можно терпеть нестерпимую муку.
– Пора! для этого огня – Стара! – Любовь – старей меня! – Пятидесяти январей
Се он, на жизни путь судьбою приведенной! Беспечен, весел, тих, играет на цветах! О чистая краса невинности священной!.. Пред ним веселие на радужных крылах
Чья мысль восторгом угадала, Постигла тайну красоты? Чья кисть, о небо, означала Сии небесные черты?
Как много, боже мой, за то б я отдал дней, Чтоб вечер северный прожить тихонько с нею И всё пересказать ей языком очей, Хоть на вечер один назвав ее своею,
С.Э. Не похорошела за годы разлуки! Не будешь сердиться на грубые руки, Хватающиеся за хлеб и за соль?
Бренные губы и бренные руки Слепо разрушили вечность мою. С вечной Душою своею в разлуке – Бренные губы и руки пою.
Со своим батальонным Повстречалась сестра — Только возле прилавка, А не возле костра.
Мне тихонько шепнула вечерняя зала Укоряющим тоном, как няня любовно: – «Почему ты по дому скитаешься, словно Только утром приехав с вокзала?
Люблю я чудный горный вид, Остроконечные вершины, Где каждый лишний шаг грозит Несвоевременной кончиной.
Ни блеск ума, ни стройность платья Не могут вас обворожить; Одни двоюродные братья Узнали тайну вас пленить!
Из Польши своей спесивой Принес ты мне речи льстивые, Да шапочку соболиную, Да руку с перстами длинными,
За нежный поцелуй ты требуешь сонета, Но шутка ль быть творцом четырнадцати строк На две лишь четки рифм? Скажи сама, Лилета: „А разве поцелуй безделка!“ Дай мне срок!
Как разгораются – каким валежником! На площадях ночных – святыни кровные! Пред самозванческим указом Нежности – Что наши доблести и родословные!
Когда она была пастушкою простой, Цвела невинностью, невинностью блистала, Когда слыла в селе девичьей красотой И кудри светлые цветами убирала —
Охватила голову и стою, – Что людские козни! – Охватила голову и пою На заре на поздней.
Как волшебный клубок из сказки, Катился мой жизненный путь. На закате у этого дома Остановился я отдохнуть.
Глядися чаще в зеркала, Любуйся милыми очами, И света шумная хвала С моими скромными стихами
Пальмы, три слона и два жирафа, Страус, носорог и леопард: Дальняя, загадочная Каффа, Я опять, опять твой гость и бард!
С благоговейною душой Приближься, путник молодой, Любви к пустынному приюту. Здесь ею счастлив был я раз —
Так, Господи! И мой обол Прими на утвержденье храма. Не свой любовный произвол Пою – своей отчизны рану.
Прощай, Мензелинск! Уезжаю. Пора! Гостил я недолго. Умчусь не на сутки. Прими эти строки мои,
Шампанское вероломно, А все ж наливай и пей! Без розовых без цепей Наспишься в могиле темной!
Je lʼattends dans la plaine sombre; Au loin je vois blanchir une ombre, Une ombre qui vient doucement... Eh non! — trompeuse espérance —
Юноша! скромно пируй, и шумную Вакхову влагу С трезвой струею воды, с мудрой беседой мешай.
Прошли года, затягивая шрамы, как след в песке – касание волны, и пряничные вяземские храмы стоят, как будто не было войны.
Еще одной высокой, важной песни Внемли, о Феб, и смолкнувшую лиру В разрушенном святилище твоем Повешу я, да издает <она><?>,
Года, года... Придя ко мне, всегда Меня руками гладили своими. Вы с мягким снегом шли ко мне, года,
Ты поставила лучшие годы, я — талант. Нас с тобой секунданты угодливо Развели. Ты — лихой дуэлянт!
Замолкли, путаясь, пустые звуки дня, Один я наконец, всё спит кругом меня; Всё будто замерло… Но я не сплю: мне больно За день, в бездействии утраченный невольно.
Есть рифмы в мире сём: Разъединишь – и дрогнет. Гомер, ты был слепцом. Ночь – на буграх надбровных.
Вы пленены игрой цветов и линий, У Вас в душе и радость, и тоска, Когда весной торжественной и синей Так чётко в небе стынут облака.
Невежды-мудрецы, которых век проходит В искании таких вещей, Каких никто никак в сем мире не находит, Последуйте коту и будьте поумней!
«Кто, рыцарь ли знатный иль латник простой, В ту бездну прыгнет с вышины? Бросаю мой кубок туда золотой: Кто сыщет во тьме глубины
Тебе бродить по солнечным лугам, Зелёных трав, смеясь, раздвинуть стены! Так любят льнуть серебряные пены К твоим нагим и маленьким ногам.
Под хладом старости угрюмо угасал Единый из седых орлов Екатерины. В крылах отяжелев, он небо забывал И Пинда острые вершины.
Милая Параскева, Ведь Вы не Ева! Всякие штуки бросьте, Любите Костю.
Мой друг, уже три дня Сижу я под арестом И не видался я Давно с моим Орестом.
И все-таки настаиваю я, и все-таки настаивает разум: виновна ли змея в том, что она змея, иль дикобраз, рожденный дикобразом?
В этот мой благословенный вечер Собрались ко мне мои друзья, Все, которых я очеловечил, Выведя их из небытия.
Ипполит! Ипполит! Болит! Опаляет… В жару ланиты… Что за ужас жестокий скрыт В этом имени Ипполита!
И на стихи есть тоже мода, И у стихов – свои дела. Сама любовь, сама природа Меня в поэзию вела.
Вкруг я Стурдзы хожу, Вкруг библического, Я на Стурдзу гляжу Монархического.
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.