3051 Цветаева М. И. Разлука - 1. Башенный бой…
Башенный бой Где-то в Кремле. Где на земле, Где –
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Башенный бой Где-то в Кремле. Где на земле, Где –
На царевича похож он. – Чем? – Да чересчур хорош он: На простого не похож.
Опустивши забрало, Со всем – в борьбе, У меня уже – мало Улыбок – себе…
Сюжет по дарованью и по силам Умея для картины выбирать, Художник хорошо владеет… шилом - Тьфу! - кистью - я хотел сказать.
Заря малиновые полосы Разбрасывает на снегу, А я пою нежнейшим голосом Любезной девушки судьбу.
– «Мы никого так»… – «Мы никогда так»… – «Ну, что же? Кончайте»… 27-го декабря 1909
Как много красавиц, а ты – один, Один – против ста тридцати Кармен, И каждая держит цветок в зубах, И каждая просит – роли.
Без рук не обнять! Сгинь, выспренных душ Небыль! Не вижу – и гладь,
Всем покадили и потрафили: . . . . . .– стране – родне – Любовь не входит в биографию, – Бродяга остается – вне…
Бури-вьюги, вихри-ветры вас взлелеяли, А останетесь вы в песне – белы-лебеди! Знамя, шитое крестами, в саван выцвело.
Короткий смешок, Открывающий зубы, И легкая наглость прищуренных глаз. – Люблю Вас! – Люблю Ваши зубы и губы,
(Москва) Зачем семьи родной безвестный круг Я покидал? Всё сердце грело там,
С улыбкой на розовых лицах Стоим у скалы мы во мраке. Сгорело бы небо в зарницах При первом решительном знаке,
Вы не знавали князь Петра; Танцует, пишет он порою, От ног его и от пера Московским дурам нет покою;
Не говори: одним высоким Я на земле воспламенен, К нему лишь с чувством я глубоким Бужу забытой лиры звон;
Как прилив могучий, Шел и шел народ, С детски ясной верой, Все вперед, вперед.
Кто с плачем хлеба не вкушал, Кто, плачем проводив светило, Его слезами не встречал, Тот вас не знал, небесные силы!
Когда малюткою была – Шальной девчонкой полуголой – Не липла – Господу хвала! – Я к материнскому подолу.
И все́ вы идете в сестры, И больше не влюблены. Я в шелковой шали пестрой Восход стерегу луны.
Потусторонним Залом царей. – А непреклонный Мраморный сей?
Бел, как мука, которую мелет, Черен, как грязь, которую чистит, Будет от Бога похвальный лист Мельнику и трубочисту.
На заре морозной Под шестой березой За углом у церкви Ждите, Дон-Жуан!
Та́к – только Елена глядит над кровлями Троянскими! В столбняке зрачков Четыре провинции обескровлено И обезнадежено сто веков.
Последняя дружба В последнем обвале. Что нужды, что нужды – Как здесь называли?
Братья, один нам путь прямохожий Под небом тянется. . . . . . . . . .я тоже Бедная странница…
Лаиса, я люблю твой смелый, [вольный] взор, Неутолимый жар, открытые <?> желанья И непрерывные лобзанья И страсти полный разговор.
И разжигая во встречном взоре Печаль и блуд, Проходишь городом – зверски-черен, Небесно-худ.
Три грации считались в древнем мире, Родились вы... всё три, а не четыре!
Вижу комнату парадную, Белизну и блеск шелков. Через все – тропу громадную – – Черную – к тебе, альков.
Вам, веселые девицы, – Не упомнил всех имен – Вам, веселые девицы, От певца – земной поклон.
1 На скольких руках – мои кольца, На скольких устах – мои песни,
Горы – турам поприще! Черные леса, Долы в воды смотрятся, Горы – в небеса.
И звезды погаснут, и сгинет наш род! Лишь мертвое — вечно, живое — пройдет. Но юные жизни из темных могил
Всё в таинственном молчаньи; Холм оделся темнотой; Ходит в облачном сияньи Полумесяц молодой.
Ростком серебряным Рванулся ввысь. Чтоб не узрел его Зевес –
Чья мысль восторгом угадала, Постигла тайну красоты? Чья кисть, о небо, означала Сии небесные черты?
Ребенок – великое счастье в доме, Сокровище! Праздник! Звезда во мгле! Ведь выжил твой сын, не зачах, не помер, – Чего ж ты толкуешь о горе и зле?
Поэт Что ты, Муза, так печальна, Пригорюнившись сидишь?
Тише, тише, тише, век мой громкий! За меня потоки – и потомки.
3 Дармоедством пресытясь, С шины – спешится внук.
Масляница широка! Масляницу за бака! Масляница!
J'al possédé maоtresse honnête, Je la servais comme il <lui> <?> faut, Mais je n'ai point tourné de tête, — Je n'ai jamais visé si haut.
Я сегодня всю ночь не усну От волшебного майского гула! Я тихонько чулки натянула И скользнула к окну.
Мы быстры и наготове, Мы остры. В каждом жесте, в каждом взгляде, в каждом слове. –
Вступление к поэме «Сцена у ручья» Глинозема седым бурьяном, Желтым полем, звенящим вслед,
Стройте и пойте стройку! . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Столпнику ж дайте стойко Спать на своем столбу!
В смертных изверясь, Зачароваться не тщусь. В старческий вереск, В среброскользящую сушь,
Семь мечей пронзали сердце Богородицы над Сыном. Семь мечей пронзили сердце, А мое – семижды семь.
Солнце Вечера – добрее Солнца в полдень. Изуверствует – не греет Солнце в полдень.
– Годы твои – гора, Время твое – <царей.> Дура! любить – стара. – Други! любовь – старей:
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.