1651 Цветаева М. И. Подруга — 15. Хочу у зеркала, где муть…
Хочу у зеркала, где муть И сон туманящий, Я выпытать – куда Вам путь И где пристанище.
Для поиска произведения воспользуйтесь поиском или используйте алфавитный указатель для выбора автора.
Хочу у зеркала, где муть И сон туманящий, Я выпытать – куда Вам путь И где пристанище.
Она поет — и звуки тают, Как поцалуи на устах, Глядит — и небеса играют В ее божественных глазах;
Утро девушки Сон меня сегодня не разнежил, Я проснулась рано поутру
Завидую тебе, питомец моря смелый, Под сенью парусов и в бурях поседелый! Спокойной пристани давно ли ты достиг — Давно ли тишины вкусил отрадный миг —
Ещё один ненужный день, Великолепный и ненужный! Приди, ласкающая тень, И душу смутную одень
Когда пробьет последний час природы, Состав частей разрушится земных: Всё зримое опять покроют воды, И божий лик изобразится в них!
В новом лифте ехал Саша На тринадцатый этаж. Вместе с ним на том же лифте Ехал синий Карандаш.
Поверь: когда слепней и комаров Вокруг тебя летает рой журнальный, Не рассуждай, не трать учтивых слов, Не возражай на писк и шум нахальный:
1. Вот перешед чрез мост Кокушкин, Опершись <-> о гранит,
Вы бродили с мамой на лугу И тебе она шепнула: «Милый! Кончен день, и жить во мне нет силы. Мальчик, знай, что даже из могилы
Если с нежной красотой <Вы> чувствительны душою, Если горести чужой Вам ужасно быть виною,
Я говорил: «Ты хочешь, хочешь? Могу я быть тобой любим? Ты счастье странное пророчишь Гортанным голосом своим.
Ты помнишь ли, ах, ваше благородье, Мусье француз, г<овённый> капитан, Как помнятся у нас в простонародьи Над нехристем победы россиян?
Ты в страсти горестной находишь наслажденье: Тебе приятно слезы лить, Напрасным пламенем томить воображенье И в сердце тихое уныние таить.
Зачем ты, грозный аквилон, Тростник прибрежный долу клонишь? Зачем на дальний небосклон Ты облачко столь гневно гонишь?
В старинны годы люди были Совсем не то, что в наши дни; (Коль в мире есть любовь) любили Чистосердечнее они.
Я стою у открытой двери, я прощаюсь, я ухожу. Ни во что уже не поверю, — всё равно напиши, прошу!
Люблю, когда, борясь с душою, Краснеет девица моя: Так перед вихрем и грозою Красна вечерняя заря.
Александру Давидовичу Топольскому Спит Белоснежка в хрустальном гробу. Карлики горько рыдают, малютки.
Чем чаще празднует лицей Свою святую годовщину, Тем робче старый круг друзей В семью стесняется едину,
Мне говорят, качая головой: «Ты подобрел бы. Ты какой-то злой».
Осыпаются астры в садах, Стройный клён под окошком желтеет, И холодный туман на полях Целый день неподвижно белеет.
К чему нескромным сим убором, Умильным голосом и взором Младое сердце распалять И тихим, сладостным укором
Горят электричеством луны На выгнутых, длинных стеблях; Звенят телеграфные струны В незримых и нежных руках;
Две бабушки на лавочке Сидели на пригорке. Рассказывали бабушки: — У нас одни пятерки!
Дарья Власьевна, соседка по квартире, сядем, побеседуем вдвоем. Знаешь, будем говорить о мире, о желанном мире, о своем.
Морфей, до утра дай отраду Моей мучительной любви. Приди, задуй мою лампаду, Мои мечты благослови!
Твой конь, как прежде, вихрем скачет По парку позднею порой… Но в сердце тень, и сердце плачет, Мой принц, мой мальчик, мой герой.
По камням гробовым, в туманах полуночи, Ступая трепетно усталою ногой, По Лоре путник шел, напрасно томны очи Ночлега мирного искали в тьме густой.
Кто знатен и силен, Да не умен, Так худо, ежели и с добрым сердцем он.
Мне любить до могилы творцом суждено, Но по воле того же творца Всё, что любит меня, то погибнуть должно Иль, как я же, страдать до конца.
Стрекотунья белобока, Под калиткою моей Скачет пестрая сорока И пророчит мне гостей.
Непонятно, кто из нас Поступает в первый класс: Мама или я — Новиков Илья?
Юношу, горько рыдая, ревнивая дева бранила; К ней на плечо преклонен, юноша вдруг задремал. Дева тотчас умолкла, сон его легкий лелея. И улыбалась ему, тихие слезы лия.
Между нами – клинок двуострый Присягнувши – и в мыслях класть… Но бывают – страстные сестры! Но бывает – братская страсть!
Wer in die Fremde will wandern, Der muß mit der Liebsten gehn, Es jubeln und lassen die andern Den Fremden alleine stehn.
Трусоват был Ваня бедный: Раз он позднею порой, Весь в поту, от страха бледный, Чрез кладбище шел домой.
…Зачем и о чем говорить? Всю душу, с любовью, с мечтами, Все сердце стараться раскрыть — И чем же? — одними словами!
Смело верь тому, что вечно, Безначально, бесконечно, Что прошло и что настанет, Обмануло иль обманет.
У Кларисы денег мало, Ты богат – иди к венцу: И богатство ей пристало, И рога тебе к лицу.
Картину раз высматривал сапожник И в обуви ошибку указал; Взяв тотчас кисть, исправился художник. Вот, подбочась, сапожник продолжал:
О, Елена, твоя красота для меня — Как Никейский челнок старых дней, Что, к родимому краю неся и маня, Истомленного путника мчал все нежней
Когда-нибудь, прелестное созданье, Я стану для тебя воспоминаньем. Там, в памяти твоей голубоокой,
А. И. Гумилёвой Взгляни, как злобно смотрит камень, В нём щели странно глубоки,
Ты ль передо мною, Делия моя! Разлучен с тобою — Сколько плакал я!
«Невесел ты!» — «Я весел был, — Так говорю друзьям веселья, — Но радость жизни разлюбил И грусть зазвал на новоселье.
Мы разошлись на полпути, Мы разлучились до разлуки И думали: не будет муки В последнем роковом «прости».
Для берегов отчизны дальной Ты покидала край чужой; В час незабвенный, в час печальный Я долго плакал пред тобой.
Плещут волны Флегетона, Своды тартара дрожат, Кони бледного Плутона Быстро к нимфам Пелиона
На этой странице представлен рейтинг стихотворений, основанный на автоматическом анализе данных из некоторых социальных сетей. В этом анализе учитываются многие параметры, такие как количество посещений этих ресурсов, отзывы читателей, упоминания стихотворений в социальных сетях и многое другое.