Краткий контекст: Одиссей находит своего престарелого отца Лаэрта в саду. Чтобы убедить его, герой показывает рубец и перечисляет деревья, которые отец подарил ему в детстве.
Так говорил Одиссей; и печаль отуманила образ Старца; и, прахом наполнивши горсти, свою он седую Голову всю им, вздохнув со стенаньем глубоким, осыпал. Сердце у сына в груди повернулось, и, спершись, дыханье Кинулось в ноздри его, — он сражен был родителя скорбью. Бросясь к нему, он, его обхватя и целуя, воскликнул: «Здесь я, отец! Я твой сын, Одиссей, столь желанный тобою, Волей богов возвратившийся в землю отцов через двадцать Лет; воздержись от стенаний, оставь сокрушенье и слезы. Слушай однако: мгновенья нам тратить не должно, понеже В доме моем истребил я уж всех женихов многобуйных, Мстя им за все беззакония их и за наши обиды». Кончил. Лаэрт изумленный ответствовал так Одиссею: «Если ты подлинно сын Одиссей, возвратившийся в дом свой, — Верный мне знак покажи, чтоб мое уничтожить сомненье». Старцу Лаэрту ответствовал так Одиссей хитроумный: «Прежде тебе укажу я на этот рубец; мне поранил Ногу, ты помнишь, клыком разъяренный кабан на Парнасе; Был же туда я тобою и милою матерью послан К Автоликону, отцу благородному матери, много (Нас посетив) посулившему дать мне богатых подарков. Если ж желаешь, могу я тебе перечесть и деревья В саде, которые ты подарил мне, когда я однажды, Бывши малюткою, здесь за тобою бежал по дорожке. Сам ты, деревья даря, поименно мне каждое назвал: Дал мне тринадцать ты груш оцветившихся, десять отборных Яблонь и сорок смоковниц; притом пятьдесят виноградных Лоз обещал, приносящих весь год многосочные грозды: Крупные ж ягоды их, как янтарь золотой иль пурпурный, Блещут, когда созревают они благодатью Зевеса». Так он сказал. Задрожали колена и сердце у старца; Все сочтены Одиссеевы признаки были. Заплакав, Милого сына он обнял, потом обеспамятел; в руки Принял его, всех лишенного сил, Одиссей богоравный; Но напоследок, когда возвратились и память и силы, Голос возвысив и взор устремивши на сына, сказал он: «Слава Зевесу-отцу! Существуют еще на Олимпе Мстящие боги, когда беззаконники вправду погибли. Но, Одиссей, я страшуся теперь, что подымется в граде Скоро мятеж, и сюда соберется народ, и с ужасной Вестью гонцы разошлются по всем городам кефаленским». Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный: «Будь беззаботен; не этим теперь ты тревожиться должен. Лучше пойдем мы в твой дом, находящийся близко отсюда; Я уж туда Телемаха с Филойтием, с старым Евмеем Прямо послал, им велев приготовить обед нам обильный».
