Давно ли с зеленью радушной Передо мной стояло ты, И я коре твоей послушной Вверял любимые мечты; Лишь год назад два талисмана Светилися в тени твоей, И ниже замысла обмана Не скрылося в душе детей!..
Детей! — о! да, я был ребенок! — Промчался легкой страсти сон; Дремоты флёр был слишком тонок — В единой миг прорвался он. И деревцо с моей любовью Погибло, чтобы вновь не цвесть; Я жизнь его купил бы кровью, — Но как переменить, что есть?
Ужели также вдохновенье Умрет невозвратимо с ним? Иль шуму светского волненья Бороться с сердцем молодым? Нет, нет, — мой дух бессмертен силой, Мой гений веки пролетит; И эти ветви над могилой Певца-страдальца освятит.
