Он воздвигнул свой храм на горе, Снеговой, многобашенный храм, Чтоб молиться он мог на заре Переменным, небесным огням.
И предстал перед ним его Бог, Бесконечно родной и чужой, То печален, то нежен, то строг, С каждым новым мгновеньем иной.
Ничего не просил, не желал, Уходил и опять приходил, Переменно-горячий кристалл Посреди неподвижных светил.
И безумец, роняя слезу, Поклонялся небесным огням, Но собралися люди внизу Посмотреть на неведомый храм.
И они говорили, смеясь «Нет души у минутных огней, Вот у нас есть властитель и князь Из тяжёлых и вечных камней».
А безумец не мог рассказать Нежный сон своего божества, И его снеговые слова, И его голубую печать.
