Портрет автора Николай Гумилёв

Выдающийся русский поэт, один из основателей и лидеров поэтического движения акмеизма, критик и теоретик литературы. Первый муж Анны Ахматовой, отец Льва Гумилёва. Его творчество характеризуется стремлением к ясности и точности образов, красоте и музыкальности стиха, а также интересом к экзотическим мотивам и истории. Гумилёв активно участвовал в культурной жизни начала XX века, был основателем литературного объединения "Цех поэтов", которое сыграло важную роль в развитии русской поэзии того времени. Жизнь поэта оборвалась трагически — он был расстрелян по надуманному обвинению в антисоветской деятельности.

Дата рождения:15 апр 1886
Место рождения:Кронштадт, Санкт-Петербургская губерния
Дата смерти:26 авг 1921 (35 лет)
Место смерти:Петроград
Род деятельности:Поэт, писатель, офицер, переводчик, литературный критик, африканист, путешественник-исследователь, бретёр
Произведений в базе:574
Credo 1905

Откуда я пришёл, не знаю… Не знаю я, куда уйду, Когда победно отблистаю В моём сверкающем саду.

Оссиан май 1918

По небу бродили свинцовые, тяжкие тучи, Меж них багровела луна, как смертельная рана. Зелёного Эрина воин, Кухулин могучий Упал под мечом короля океана, Сварана.

Песня о певце и короле 1905

Мой замок стоит на утесе крутом В далеких, туманных горах, Его я воздвигнул во мраке ночном, С проклятьем на бледных устах.

Осенняя песня 1905

Осенней неги поцелуй Горел в лесах звездою алой И песнь прозрачно-звонких струй Казалась тихой и усталой.

Пророки 1905

И ныне есть ещё пророки, Хотя упали алтари, Их очи ясны и глубоки Грядущим пламенем зари.

На мотивы Грига 1905

Кричит победно морская птица Над вольной зыбью волны фиорда, К каким пределам она стремится? О чем ликует она так гордо?

Осень 1905

По узкой тропинке Я шел, упоенный мечтою своей, И в каждой былинке Горело сияние чьих-то очей.

Крыса 1918

Вздрагивает огонёк лампадки, В полутёмной детской тихо, жутко, В кружевной и розовой кроватке Притаилась робкая малютка.

Рассвет май 1918

Змей взглянул, и огненные звенья Потянулись, медленно бледнея, Но горели яркие каменья На груди властительного Змея.

Русалка 1905

На русалке горит ожерелье И рубины греховно-красны, Это странно-печальные сны Мирового, больного похмелья.

Рассказ девушки 1905

В вечерний час горят огни… Мы этот час из всех приметим, Господь, сойди к молящим детям И злые чары отгони!

Огонь 1905

Я не знаю, что живо, что нет, Я не ведаю грани ни в чём… Жив играющий молнией гром — Живы гроздья планет…

После победы 1906

Солнце катится, кудри мои золотя, Я срываю цветы, с ветерком говорю. Почему же не счастлив я, словно дитя, Почему не спокоен, подобно царю?

Умный дьявол 1906

Мой старый друг, мой верный Дьявол, Пропел мне песенку одну: — Всю ночь моряк в пучине плавал, А на заре пошёл ко дну.

Наталье Владимировне Анненской («В этом альбоме писать надо длинные, длинные строки, как нити…») 21 янв 1906

В этом альбоме писать надо длинные, длинные строки, как нити. Много в них можно дурного сказать, может быть, и хорошего много. Что хорошо или дурно в этом мире роскошных и ярких событий! Будьте пра

Пещера сна 1906

Там, где похоронен старый маг, Где зияет в мраморе пещера, Мы услышим робкий, тайный шаг, Мы с тобой увидим Люцифера.

1905, 17 октября 17 окт 1905

Захотелось жабе чёрной Заползти на царский трон, Яд жестокий, яд упорный В жабе чёрной затаён.

Крест июн 1906

Я долго проигрывал карту за картой, В горящих глазах собиралася тень… Луна выплывала безмолвной Астартой, Но вот побледнела, предчувствуя день.

Крест июн 1906

Так долго лгала мне за картою карта, Что я уж не мог опьяниться вином. Холодные звёзды тревожного марта Бледнели одна за другой за окном.

Лето 3 июл 1906

Лето было слишком знойно, Солнце жгло с небесной кручи, — Тяжело и беспокойно, Словно львы, бродили тучи.

Императору окт 1906

Призрак какой-то неведомой силы, Ты ль, указавший законы судьбе, Ты ль, император, во мраке могилы Хочешь, чтоб я говорил о тебе?

Каракалла окт 1906

Император с профилем орлиным, С чёрною, курчавой бородой, О, каким бы стал ты властелином, Если б не был ты самим собой!

Думы 1918

Зачем они ко мне собрались, думы, Как воры ночью в тихий мрак предместий? Как коршуны, зловещи и угрюмы, Зачем жестокой требовали мести?

Франция янв 1907

О, Франция, ты призрак сна, Ты только образ, вечно милый, Ты только слабая жена Народов грубости и силы.

Покорность 1910

Только усталый достоин молиться богам, Только влюблённый — ступать по весенним лугам! На небе звёзды, и тихая грусть на земле,

Маскарад 1907

В глухих коридорах и в залах пустынных Сегодня собрались веселые маски, Сегодня в увитых цветами гостиных Прошли ураганом безумные пляски.

Заклинание июл 1907

Юный маг в пурпуровом хитоне Говорил нездешние слова, Перед ней, царицей беззаконий, Расточал рубины волшебства.

Ягуар авг 1907

Странный сон увидел я сегодня: Снилось мне, что я сверкал на небе, Но что жизнь, чудовищная сводня, Выкинула мне недобрый жребий.

Воспоминание 1907

Над пучиной в полуденный час Пляшут искры, и солнце лучится, И рыдает молчанием глаз Далеко залетевшая птица.

Мечты 1907

За покинутым, бедным жилищем, Где чернеют остатки забора, Старый ворон с оборванным нищим О восторгах вели разговоры.

Мне снилось 1908

Мне снилось: мы умерли оба, Лежим с успокоенным взглядом, Два белые, белые гроба Поставлены рядом.

Корабль 1907

— Что ты видишь во взоре моём, В этом бледно-мерцающем взоре? — Я в нём вижу глубокое море С потонувшим большим кораблём.

Перчатка 1908

На руке моей перчатка, И её я не сниму, Под перчаткою загадка, О которой вспомнить сладко

Гиена сен 1907

Над тростником медлительного Нила, Где носятся лишь бабочки да птицы, Скрывается забытая могила Преступной, но пленительной царицы.

Невеста льва сен 1907

Жрец решил. Народ, согласный С ним, зарезал мать мою: Лев пустынный, бог прекрасный, Ждёт меня в степном раю.

Самоубийство сен 1907

Улыбнулась и вздохнула, Догадавшись о покое, И последний раз взглянула На ковры и на обои.

За гробом сен 1907

Под землёй есть тайная пещера, Там стоят высокие гробницы, Огненные грёзы Люцифера, — Там блуждают стройные блудницы.

Отказ 1907

Царица — иль, может быть, только печальный ребёнок, — Она наклонялась над сонно-вздыхающим морем, И стан её стройный и гибкий казался так тонок, Он тайно стремился навстречу серебряным зорям.

Жираф 1907

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд, И руки особенно тонки, колени обняв. Послушай: далеко, далеко, на озере Чад Изысканный бродит жираф.

Маэстро 1907

В красном фраке с галунами, Надушённый, встал маэстро, Он рассыпал перед нами Звуки лёгкие оркестра.

Помпей у пиратов окт 1907

От кормы, изукрашенной красным, Дорогие плывут ароматы В трюм, где скрылись в волненьи опасном С угрожающим видом пираты.

Зараза 1907

Приближается к Каиру судно С длинными знамёнами Пророка. По матросам угадать нетрудно, Что они с востока.

Сады души ноя 1907

Сады моей души всегда узорны, В них ветры так свежи и тиховейны, В них золотой песок и мрамор чёрный, Глубокие, прозрачные бассейны.

Любовники ноя 1907

Любовь их душ родилась возле моря, В священных рощах девственных наяд, Чьи песни вечно-радостно звучат, С напевом струн, с игрою ветра споря.

Молитва 1907

Солнце свирепое, солнце грозящее, Бога, в пространствах идущего, Лицо сумасшедшее,

Ужас 1907

Я долго шёл по коридорам, Кругом, как враг, таилась тишь. На пришлеца враждебным взором Смотрели статуи из ниш.

Волшебная скрипка 1907

Валерию Брюсову Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка, Не проси об этом счастье, отравляющем миры,

Орёл Синдбада 1907

Следом за Синдбадом-Мореходом В чуждых странах я сбирал червонцы И блуждал по незнакомым водам, Где, дробясь, пылали блики солнца.

Принцесса 1907

В тёмных покрывалах летней ночи Заблудилась юная принцесса. Плачущей нашёл её рабочий, Что работал в самой чаще леса.

Носорог 1907

Видишь, мчатся обезьяны С диким криком на лианы, Что свисают низко, низко, Слышишь шорох многих ног?

Озеро чад дек 1907

На таинственном озере Чад Посреди вековых баобабов Вырезные фелуки стремят На заре величавых арабов.

Игры 1918

Консул добр: на арене кровавой Третий день не кончаются игры, И совсем обезумели тигры, Дышут древнею злобой удавы.

Renvoi дек 1907

Ещё ослепительны зори, И перья багряны у птиц, И много есть в девичьем взоре Ещё не прочтённых страниц.

Сада-Якко 1908

В полутёмном строгом зале Пели скрипки, вы плясали. Группы бабочек и лилий На шелку зеленоватом,

Основатели янв 1908

Ромул и Рем взошли на гору, Холм перед ними был дик и нем. Ромул сказал: «Здесь будет город». «Город, как солнце» — ответил Рем.

Манлий янв 1908

Манлий сброшен. Слава Рима, Власть всё та же, что была, И навеки нерушима, Как Тарпейская скала.

Камень 1908

А. И. Гумилёвой Взгляни, как злобно смотрит камень, В нём щели странно глубоки,

Больная земля 7 фев 1908

Меня терзает злой недуг, Я вся во власти яда жизни, И стыдно мне моих подруг В моей сверкающей отчизне.

После смерти 7 фев 1908

Я уйду, убегу от тоски, Я назад ни за что не взгляну, Но сжимая руками виски, Я лицом упаду в тишину.

Андрогин фев 1908

Тебе никогда не устанем молиться, Немыслимо-дивное Бог-Существо. Мы знаем, Ты здесь, Ты готов проявиться, Мы верим, мы верим в Твоё торжество.

Поэту 23 фев 1908

Пусть будет стих твой гибок, но упруг, Как тополь зеленеющей долины, Как грудь земли, куда вонзился плуг, Как девушка, не знавшая мужчины.

На пиру 7 мар 1908

Влюблённый принц Диего задремал, И выронил чеканенный бокал, И голову склонил меж блюд на стол, И расстегнул малиновый камзол.

Одержимый 1908

Луна плывёт, как круглый щит Давно убитого героя, А сердце ноет и стучит, Уныло чуя роковое.

Анна Комнена 1908

Тревожный обломок старинных потёмок, Дитя позабытых народом царей, С мерцанием взора на зыби Босфора Следит беззаботный полёт кораблей.

Рыцарь с цепью 1908

Слышу гул и завыванье призывающих рогов, И я снова конквистадор, покоритель городов. Словно раб, я был закован, жил, униженный, в плену,

Выбор апр 1908

Созидающий башню сорвётся, Будет страшен стремительный лёт, И на дне мирового колодца Он безумье своё проклянёт.

Колокол апр 1908

Медный колокол на башне Тяжким гулом загудел, Чтоб огонь горел бесстрашней, Чтобы бешеные люди

Завещание 1908

Очарован соблазнами жизни, Не хочу я растаять во мгле, Не хочу я вернуться к отчизне, К усыпляющей, мёртвой земле.

Старый конквистадор 1908

Углубясь в неведомые горы, Заблудился старый конквистадор, В дымном небе плавали кондоры, Нависали снежные громады.

Заводи 1908

Н. В. Анненской Солнце скрылось на западе За полями обетованными,

Варвары 1908

Когда зарыдала страна под немилостью Божьей И варвары в город вошли молчаливой толпою, На площади людной царица поставила ложе, Суровых врагов ожидала царица нагою.

Старина 1910

Вот парк с пустынными опушками Где сонных трав печальна зыбь, Где поздно вечером с лягушками Перекликаться любит выпь.

Ворота рая 1908

Не семью печатями алмазными В Божий рай замкнулся вечный вход, Он не манит блеском и соблазнами, И его не ведает народ.

Озера 1908

Я счастье разбил с торжеством святотатца, И нет ни тоски, ни укора, Но каждою ночью так ясно мне снятся Большие, ночные озёра.

В пути 1909

Кончено время игры, Дважды цветам не цвести. Тень от гигантской горы Пала на нашем пути.

Колдунья 1908

Она колдует тихой ночью У потемневшего окна И страстно хочет, чтоб воочью Ей тайна сделалась видна.

Правый путь 1908

В муках и пытках рождается слово, Робкое, тихо проходит по жизни, Странник — оно, — из ковша золотого Пьющий остатки на варварской тризне.

В пустыне 1908

Давно вода в мехах иссякла, Но, как собака, не умру: Я в память дивного Геракла Сперва отдам себя костру.

Охота 1908

Князь вынул бич и кинул клич — Грозу охотничьих добыч, И белый конь, душа погонь,

Поединок 1909

В твоём гербе — невинность лилий, В моём — багряные цветы. И близок бой, рога завыли, Сверкнули золотом щиты.

Орёл 1909

Орёл летел всё выше и вперёд К Престолу Сил сквозь звёздные преддверья, И был прекрасен царственный полёт, И лоснились коричневые перья.

Одиночество 1909

Я спал, и смыла пена белая Меня с родного корабля, И в чёрных водах, помертвелая, Открылась мне моя земля.

Лесной пожар 1909

Ветер гонит тучу дыма, Словно грузного коня. Вслед за ним неумолимо Встало зарево огня.

Царица 1909

Твой лоб в кудрях отлива бронзы, Как сталь, глаза твои остры, Тебе задумчивые бонзы В Тибете ставили костры.

Воин Агамемнона 1909

Смутную душу мою тяготит Странный и страшный вопрос: Можно ли жить, если умер Атрид, Умер на ложе из роз?

У берега 1909

Сердце — улей, полный сотами, Золотыми, несравненными! Я борюсь с водоворотами И клокочущими пенами.

Избиение женихов 1909

Только над городом месяц двурогий Остро прорезал вечернюю мглу, Встал Одиссей на высоком пороге, В грудь Антиноя он бросил стрелу.

Попугай 1909

Я — попугай с Антильских островов, Но я живу в квадратной келье мага. Вокруг — реторты, глобусы, бумага, И кашель старика, и бой часов.

Воспоминание сен 1909

Когда в полночной тишине Мелькнёт крылом и крикнет филин, Ты вдруг прислонишься к стене, Волненьем сумрачным осилен.

Уходящей 1909

Не медной музыкой фанфар, Не грохотом рогов Я мой приветствовал пожар И сон твоих шагов. —

Кате Кардовской 1909

Когда вы будете большою, А я — негодным стариком, Тогда, согбенный над клюкою, Я вновь увижу Ваш альбом,

Товарищ 1909

Что-то подходит близко, верно, Холод томящий в грудь проник. Каждою ночью в тьме безмерной Я вижу милый, странный лик.

Семирамида 1909

Светлой памяти И. Ф. Анненского Для первых властителей завиден мой жребий, И боги не так горды.

Потомки Каина 1909

Он не солгал нам, дух печально-строгий, Принявший имя утренней звезды, Когда сказал: «Не бойтесь вышней мзды, Вкусите плод и будете, как боги».

Сон Адама авг 1909

От плясок и песен усталый Адам Заснул, неразумный, у Древа Познанья. Над ним ослепительных звёзд трепетанья, Лиловые тени скользят по лугам,

Читатель книг 1910

Читатель книг, и я хотел найти Мой тихий рай в покорности сознанья, Я их любил, те странные пути, Где нет надежд и нет воспоминанья.

Адам апр 1910

Адам, униженный Адам, Твой бледен лик и взор твой бешен, Скорбишь ли ты по тем плодам, Что ты срывал, ещё безгрешен?

Театр 1910

Все мы, святые и воры, Из алтаря и острога Все мы — смешные актёры В театре Господа Бога.

Дон Жуан 1910

Моя мечта надменна и проста: Схватить весло, поставить ногу в стремя И обмануть медлительное время, Всегда лобзая новые уста.

Это было не раз 1910

Это было не раз, это будет не раз В нашей битве глухой и упорной: Как всегда, от меня ты теперь отреклась, Завтра, знаю, вернёшься покорной.

Кенгуру 1910

Утро девушки Сон меня сегодня не разнежил, Я проснулась рано поутру

Христос 1910

Он идёт путём жемчужным По садам береговым, Люди заняты ненужным, Люди заняты земным.

В небесах 1910

Ярче золота вспыхнули дни, И бежала Медведица-ночь. Догони её, князь, догони, Зааркань и к седлу приторочь!

Сказочное 1910

Ярче золота вспыхнули дни, И бежала Медведица-ночь. Догони её, князь, догони, Зааркань и к седлу приторочь!

Ослепительное 1910

Я тело в кресло уроню, Я свет руками заслоню И буду плакать долго, долго, Припоминая вечера,

Военная 1910

Носороги топчут наше дурро, Обезьяны обрывают смоквы, Хуже обезьян и носорогов Белые бродяги итальянцы.

Пять быков 1910

Я служил пять лет у богача, Я стерёг в полях его коней, И за то мне подарил богач Пять быков, приученных к ярму.

Невольничья 1911

По утрам просыпаются птицы, Выбегают в поле газели, И выходит из шатра европеец, Размахивая длинным бичом.

Маргарита 1910

Валентин говорит о сестре в кабаке, Выхваляет её ум и лицо, А у Маргариты на левой руке Появилось дорогое кольцо.

У камина 1910

Наплывала тень… Догорал камин, Руки на груди, он стоял один, Неподвижный взор устремляя вдаль,

О. Н. Арбениной 1911

Я молчу — во взорах видно горе, Говорю — слова мои так злы! Ах! когда ж я вновь увижу море, Синие и пенные валы,

Однажды вечером 1911

В узких вазах томленье умирающих лилий. Запад был меднокрасный. Вечер был голубой. О Леконте де Лиле мы с тобой говорили, О холодном поэте мы грустили с тобой.

Альбом или слон 1911

О, самой нежной из кузин Легко и надоесть стихами. И мне всё снится магазин На Невском, только со слонами.

В саду 26 май 1911

Целый вечер в саду рокотал соловей, И скамейка в далёкой аллее ждала, И томила весна… Но она не пришла, Не хотела, иль просто пугалась ветвей.

За что 26 май 1911

О, что за скучная забота Пусканье мыльных пузырей! Ну, так и кажется, что кто-то Нам карты сдал без козырей.

Неизвестность 27 май 1911

Замирает дыханье, и ярче становятся взоры Перед странно-волнующим ликом твоим, Неизвестность, Как у путника, дерзко вступившего в дикие горы И смущённого видеть ещё неоткрытую местность.

В четыре руки 27 май 1911

Звуки вьются, звуки тают… То по гладкой белой кости Руки девичьи порхают, Словно сказочные гостьи.

Встреча 28 май 1911

Молюсь звезде моих побед, Алмазу древнего востока, Широкой степи, где мой бред — Езда всегда навстречу рока.

Лиловый цветок 29 май 1911

Вечерние тихи заклятья, Печаль голубой темноты, Я вижу не лица, а платья, А, может быть, только цветы.

Константинополь 1911

Ещё близ порта орали хором Матросы, требуя вина, А над Стамбулом и над Босфором Сверкнула полная луна.

Жизнь («С тусклым взором, с мёртвым сердцем в море броситься со скалы...») 1911

С тусклым взором, с мёртвым сердцем в море броситься со скалы, В час, когда, как знамя, в небе дымно-розовая заря, Иль в темнице стать свободным, как свободны одни орлы, Иль найти покой нежданный в

Куранты любви 2 июн 1911

Вы сегодня впервые пропели Золотые «Куранты любви»; Вы крестились в «любовной купели», Вы стремились «на зов свирели»,

Сон 3 июн 1911

Вы сегодня так красивы, Что вы видели во сне? — Берег, ивы При луне.

В Вашей спальне 4 июн 1911

Вы сегодня не вышли из спальни, И до вечера был я один, Сердце билось печальней, и дальний Падал дождь на узоры куртин.

Девушке 10 июн 1911

Мне не нравится томность Ваших скрещенных рук, И спокойная скромность, И стыдливый испуг.

Сомнение 12 июн 1911

Вот я один в вечерний тихий час, Я буду думать лишь о вас, о вас, Возьмусь за книгу, но прочту: «она»,

О признаниях 10 июн 1911

Никому мечты не поверяйте, Ах, её не скажешь, не сгубя! Что вы знаете, то знайте Для себя.

Борьба 16 июн 1911

Борьба одна: и там, где по холмам Под рёв звериный плещут водопады, И здесь, где взор девичий, — но, как там, Обезоруженному нет пощады.

Райский сад 17 июн 1911

Я не светел, я болен любовью, Я сжимаю руками виски И внимаю, как шепчутся с кровью Шелестящие крылья Тоски.

Ключ в лесу 19 июн 1911

Есть тёмный лес в стране моей; В него входил я не однажды, Измучен яростью лучей, Искать спасения от жажды.

Опять прогулка 19 июн 1911

Собиратели кувшинок, Мы отправились опять Поблуждать среди тропинок, Над рекою помечтать.

Ева или Лилит 21 июн 1911

Ты не знаешь сказанья о деве Лилит, С кем был счастлив в раю первозданном Адам, Но ты всё ж из немногих, чьё сердце болит По душе окрылённой и вольным садам.

Две розы 27 июн 1911

Перед воротами Эдема Две розы пышно расцвели, Но роза — страстности эмблема, А страстность — детище земли.

11 июля 1911 г. 11 июл 1911

Ты, лукавый ангел Оли, Стань серьёзней, стань умней! Пусть Амур девичьей воли, Кроткий, скромный и неслышный,

Четыре лошади 20 июл 1911

Не четыре! О, нет, не четыре! Две и две, и «мгновенье лови», — Так всегда совершается в мире, В этом мире весёлой любви.

Когда я был влюблён… авг 1911

Когда я был влюблён (а я влюблён Всегда — в поэму, женщину иль запах), Мне захотелось воплотить свой сон Причудливей, чем Рим при грешных папах.

Современность 1911

Я закрыл «Илиаду» и сел у окна. На губах трепетало последнее слово. Что-то ярко светило — фонарь иль луна, И медлительно двигалась тень часового.

Жестокой 1911

«Пленительная, злая, неужели Для вас смешно святое слово: друг? Вам хочется на вашем лунном теле Следить касанья только женских рук,

Вечное 1911

Я в коридоре дней сомкнутых, Где даже небо тяжкий гнёт, Смотрю в века, живу в минутах, Но жду Субботы из Суббот;

Тот другой 1911

Я жду, исполненный укоров: Но не весёлую жену Для задушевных разговоров О том, что было в старину.

Паломник май 1911

Ахмет-Оглы берёт свою клюку И покидает город многолюдный. Вот он идёт по рыхлому песку, Его движенья медленны и трудны.

Я верил, я думал... 1912

Сергею Маковскому Я верил, я думал, и свет мне блеснул наконец; Создав, навсегда уступил меня року Создатель;

Освобожденье 15 ноя 1911

Кончено! Дверь распахнулась перед ним, заключённым. Руки не чувствуют холода цепи тяжёлой; Грустно расстаться ему с пауком приручённым, С хилым тюремным цветком, пичиолой.

Памяти Анненского 1912

К таким нежданным и певучим бредням Зовя с собой умы людей, Был Иннокентий Анненский последним Из царскосельских лебедей.

Родос

Памяти М. А. Кузьминой-Караваевой На полях опалённых Родоса Камни стен и в цвету тополя

Отравленный янв 1912

«Ты совсем, ты совсем снеговая, Как ты странно и страшно бледна! Почему ты дрожишь, подавая Мне стакан золотого вина?»

На море 1912

Закат. Как змеи, волны гнутся, Уже без гневных гребешков, Но не бегут они коснуться Непобедимых берегов.

Любовь 1912

Надменный, как юноша, лирик Вошёл, не стучася, в мой дом И просто заметил, что в мире Я должен грустить лишь о нём.

Она 1912

Я знаю женщину: молчанье, Усталость горькая от слов, Живет в таинственном мерцанье Ее расширенных зрачков.

Оборванец 1912

Я пойду по гулким шпалам, Думать и следить В небе жёлтом, в небе алом Рельс бегущих нить.

Генуя 1912

В Генуе, в палаццо дожей Есть старинные картины, На которых странно схожи С лебедями бригантины.

Рим 1912

Волчица с пастью кровавой На белом, белом столбе, Тебе, увенчанной славой, По праву привет тебе.

Пиза 1912

Солнце жжёт высокие стены, Крыши, площади и базары. О, янтарный мрамор Сиены И молочно-белый Каррары!

Видение 1912

Лежал истомлённый на ложе болезни (Что горше, что тягостней ложа болезни?), И вдруг загорелись усталые очи, Он видит, он слышит в священном восторге —

Фра Беато Анджелико 1912

В стране, где гиппогриф весёлый льва Крылатого зовёт играть в лазури, Где выпускает ночь из рукава Хрустальных нимф и венценосных фурий;

Возвращение 1912

Анне Ахматовой Я из дому вышел, когда все спали, Мой спутник скрывался у рва в кустах,

Сказка дек 1912

Тэффи На скале, у самого края, Где река Елизабет, протекая,

Птица 1912

Я не смею больше молиться, Я забыл слова литаний, Надо мной грозящая птица, И глаза у неё — огни.

Персей 1913

Его издавна любят музы, Он юный, светлый, он герой, Он поднял голову Медузы Стальной, стремительной рукой.

Вилла Боргезе 1913

Из камня серого иссеченные вазы И купы царственные ясени, и бук, И от фонтанов ввысь летящие алмазы, И тихим вечером баюкаемый луг.

Флоренция мар 1913

О сердце, ты неблагодарно! Тебе — и розовый миндаль, И горы, вставшие над Арно, И запах трав, и в блесках даль.

Венеция 1913

Поздно. Гиганты на башне Гулко ударили три. Сердце ночами бесстрашней, Путник, молчи и смотри.

Болонья 1913

Нет воды вкуснее, чем в Романье, Нет прекрасней женщин, чем в Болонье, В лунной мгле разносятся признанья, От цветов струится благовонье.

Пятистопные ямбы 1913

Я помню ночь, как черную наяду, В морях под знаком Южного Креста. Я плыл на юг. Могучих волн громаду Взрывали злобно лопасти винта,

Тразименское озеро 1913

Зелёное, всё в пенистых буграх, Как горсть воды, из океана взятой, Но пригоршней гиганта чуть разжатой, Оно томится в плоских берегах.

Отъезжающему 1913

Нет, я не в том тебе завидую С такой мучительной обидою, Что уезжаешь ты и вскоре На Средиземном будешь море.

Снова море 1913

Я сегодня опять услышал, Как тяжелый якорь ползёт, И я видел, как в море вышел Пятипалубный пароход.

Ислам 1913

О. Н. Высотской. В ночном кафе мы молча пили кьянти, Когда вошёл, спросивши шерри-бренди,

На Палатине 1913

Измучен огненной жарой, Я лёг за камнем на горе, И солнце плыло надо мной, И небо стало в серебре.

Неаполь 1913

Как эмаль, сверкает море, И багряные закаты На готическом соборе, Словно гарпии, крылаты;

Падуанский собор 1913

Да, этот храм и дивен, и печален, Он — искушенье, радость и гроза, Горят в окошечках исповедален Желаньем истомлённые глаза.

Брюсов и Сологуб 1913

Беда пришла для символиста: Брюсов Решил: «Теперь мне Северянин люб». Юдоль печали Фёдор Сологуб Сказал: «И я не из породы трусов».

Африканская ночь 1913

Полночь сошла, непроглядная темень, Только река от луны блестит, А за рекой неизвестное племя, Зажигая костры, шумит.

Ночью 1913

Скоро полночь, свеча догорела. О, заснуть бы, заснуть поскорей, Но смиряйся, проклятое тело, Перед волей мужскою моей.

Леонард 1913

Три года чума и голод Разоряли большую страну, И народ сказал Леонарду: — Спаси нас, ты добр и мудр. —

Дездемона 1913

Когда вступила в спальню Дездемона, Там было тихо, душно и темно, Лишь месяц любопытный к ней в окно Заглядывал с чужого небосклона.

На вечере Верхарена… 25 ноя 1913

На вечере Верхарена Со мной произошла перемена, И, забыв мой ужас детский (перед Вами), Я решил учиться по-немецки.

Старые усадьбы 1913

Дома косые, двухэтажные, И тут же рига, скотный двор, Где у корыта гуси важные Ведут немолчный разговор.

Разговор 1913

Георгию Иванову Когда зелёный луч, последний на закате, Блеснёт и скроется, мы не узнаем где,

Кармен 1914

Кармен худа — коричневатый Глаза ей сумрак окружил, Зловещи кос её агаты, И дьявол кожу ей дубил.

Юдифь 1914

Какой мудрейшею из мудрых пифий Поведан будет нам нелицемерный Рассказ об иудеянке Юдифи, О вавилонянине Олоферне?

Т. П. Карсавиной 16 мар 1914

Долго молили о танце мы вас, но молили напрасно, Вы улыбнулись и отказали бесстрастно. Любит высокое небо и древние звёзды поэт,

На острове 1914

Над этим островом какие выси, Какой туман! И Апокалипсис был здесь написан, И умер Пан.

Сон 1918

Застонал я от сна дурного И проснулся, тяжко скорбя; Снилось мне — ты любишь другого, И что он обидел тебя.

Наступление 1914

Та страна, что могла быть раем, Стала логовищем огня, Мы четвёртый день наступаем, Мы не ели четыре дня.

Война 1914

М. М. Чичагову. Как собака на цепи тяжёлой, Тявкает за лесом пулемёт,

Смерть 1915

Есть так много жизней достойных, Но одна лишь достойна смерть, Лишь под пулями в рвах спокойных Веришь в знамя Господне, твердь.

Солнце духа 1915

Как могли мы прежде жить в покое И не ждать ни радостей, ни бед, Не мечтать об огнезарном бое, О рокочущей трубе побед.

Больной 1916

В моём бреду одна меня томит Каких-то острых линий бесконечность, И непрерывно колокол звонит, Как бой часов отзванивал бы вечность.

Средневековье 1915

Прошёл патруль, стуча мечами, Дурной монах прокрался к милой, Над островерхими домами Неведомое опочило.

Дождь 1915

Сквозь дождём забрызганные стёкла Мир мне кажется рябым; Я гляжу: ничто в нём не поблёкло И не сделалось чужим.

Рай май 1915

Апостол Пётр, бери свои ключи, Достойный рая в дверь его стучит. Коллоквиум с отцами церкви там

Старая дева 1915

Жизнь печальна, жизнь пустынна, И не сжалится никто; Те же вазочки в гостиной, Те же рамки и плато.

Змей 1916

Ах, иначе в былые года Колдовала земля с небесами, Дива дивные зрелись тогда, Чуда чудные деялись сами…

Андрей Рублёв 1916

Я твердо, я так сладко знаю, С искусством иноков знаком, Что лик жены подобен раю, Обетованному Творцом.

Деревья 1916

Я знаю, что деревьям, а не нам, Дано величье совершенной жизни. На ласковой земле, сестре звездам, Мы — на чужбине, а они — в отчизне.

Марии Лёвберг янв 1916

Ты, жаворонок в горней высоте, Служи отныне, стих мой легкокрылый, Её неяркой, но издавна милой Такой средневековой красоте;

Всадник фев 1916

Всадник ехал по дороге, Было поздно, выли псы, Волчье солнце — месяц строгий — Лил сиянье на овсы.

Второй год фев 1916

И год второй к концу склоняется, Но так же реют знамена, И так же буйно издевается Над нашей мудростью война.

Городок 1916

Над широкою рекой, Пояском-мостком перетянутой, Городок стоит небольшой, Летописцем не раз помянутый.

Детство 1916

Я ребенком любил большие, Медом пахнущие луга, Перелески, травы сухие И меж трав бычачьи рога.

Рабочий апр 1916

Он стоит пред раскаленным горном, Невысокий старый человек. Взгляд спокойный кажется покорным От миганья красноватых век.

Юг 1916

За то, что я теперь спокойный, И умерла моя свобода, — О самой светлой, о самой стройной Со мной беседует природа.

Творчество 1917

Моим рожденные словом, Гиганты пили вино Всю ночь, и было багровым, И было страшным оно.

Любовь весной 1916

Перед ночью северной, короткой, И за нею зори — словно кровь, Подошла неслышною походкой, Посмотрела на меня любовь…

Мужик 1917

В чащах, в болотах огромных У оловянной реки, В срубах мохнатых и темных Странные есть мужики.

Ледоход 1917

Уж одевались острова Весенней зеленью прозрачной, Но нет, изменчива Нева, Ей так легко стать снова мрачной.

Осень 1917

Оранжево-красное небо… Порывистый ветер качает Кровавую гроздь рябины. Догоняю бежавшую лошадь

Девушка 1917

Ты говорил слова пустые, А девушка и расцвела: Вот чешет косы золотые, По-праздничному весела.

Анне Радловой май 1917

Вы дали мне альбом открытый, Где пели струны длинных строк, Его унёс я, и сердитый В пути защёлкнулся замок.

Швеция 1917

Страна живительной прохлады Лесов и гор гудящих, где Всклокоченные водопады Ревут, как будто быть беде;

Стокгольм 1917

Зачем он мне снился, смятенный, нестройный, Рожденный из глуби не наших времен, Тот сон о Стокгольме, такой беспокойный, Такой уж почти и не радостный сон…

Норвежские горы 1917

Я ничего не понимаю, горы: Ваш гимн поет кощунство иль псалом И вы, смотрясь в холодные озера, Молитвой заняты иль колдовством?

Утешение 1917

Кто лежит в могиле, Слышит дивный звон, Самых белых лилий Чует запах он.

Купанье июн 1917

Зелёная вода дрожит легко, Трава зелёная по склонам, И молодая девушка в трико Купальном, ласковом, зелёном;

Рыцарь счастья июн 1917

Как в этом мире дышится легко! Скажите мне, кто жизнью недоволен, Скажите, кто вздыхает глубоко, Я каждого счастливым сделать волен.

Прапамять 1917

И вот вся жизнь! Круженье, пенье, Моря, пустыни, города, Мелькающее отраженье Потерянного навсегда.

В Бретани июл 1917

Здравствуй, море! Ты из тех морей, По которым плавали галеры, В шёлковых кафтанах кавалеры Покоряли варварских царей.

Хокку 1917

Вот девушка с газельими глазами Выходит замуж за американца. Зачем Колумб Америку открыл?!

Сирень июл 1917

Из букета целого сиреней Мне досталась лишь одна сирень, И всю ночь я думал об Елене, А потом томился целый день.

Роза 1917

Цветов и песен благодатный хмель Нам запрещен, как ветхие мечтанья. Лишь девственные наименованья Поэтам разрешаются отсель.

Униженье июл 1917

Вероятно, в жизни предыдущей Я зарезал и отца и мать, Если в этой — Боже Присносущий! — Так позорно осуждён страдать.

Ночь июл 1917

Пролетала золотая ночь И на миг замедлила в пути, Мне, как другу, захотев помочь, Ваши письма думала найти —

Телефон 1917

Неожиданный и смелый Женский голос в телефоне, — Сколько сладостных гармоний В этом голосе без тела!

Синяя звезда июл 1917

Я вырван был из жизни тесной, Из жизни скудной и простой, Твоей мучительной, чудесной, Неотвратимой красотой.

Я и Вы 1917

Да, я знаю, я вам не пара, Я пришел из иной страны, И мне нравится не гитара, А дикарский напев зурны.

Богатое сердце июл 1917

Дремала душа, как слепая, Так пыльные спят зеркала, Но солнечным облаком рая Ты в тёмное сердце вошла.

Портрет июл 1917

Лишь чёрный бархат, на котором Забыт сияющий алмаз, Сумею я сравнить со взором Её почти поющих глаз.

Новая встреча июл 1917

На путях зелёных и земных Горько счастлив тёмной я судьбою. А стихи? Ведь ты мне шепчешь их, Тайно наклоняясь надо мною.

Девочка июл 1917

Временами, не справясь с тоскою И не в силах смотреть и дышать, Я, глаза закрывая рукою, О тебе начинаю мечтать.

Эзбекие 1917

Как странно — ровно десять лет прошло С тех пор, как я увидел Эзбекие, Большой каирский сад, луною полной Торжественно в тот вечер освещенный.

Предложенье 1918

Я говорил: «Ты хочешь, хочешь? Могу я быть тобой любим? Ты счастье странное пророчишь Гортанным голосом своим.

Два Адама 1917

Мне странно сочетанье слов — «я сам», Есть внешний, есть и внутренний Адам. Стихи слагая о любви нездешней,

О тебе 1917

О тебе, о тебе, о тебе, Ничего, ничего обо мне! В человеческой, темной судьбе Ты — крылатый призыв к вышине.

Ангел боли 1917

Праведны пути твои, царица, По которым ты ведёшь меня, Только сердце бьётся, словно птица, Страшно мне от синего огня.

Уста солнца авг 1917

Неизгладимы, нет, в моей судьбе Твой детский рот и смелый взор девический, Вот почему, мечтая о тебе, Я говорю и думаю ритмически.

На добрую память 1917

После долгих сонных дней Солнце и письмо любовное, После стольких дней-теней Снова время баснословное.

Вступление 1917

Оглушенная ревом и топотом, Облеченная в пламя и дымы, О тебе, моя Африка, шёпотом В небесах говорят серафимы.

Красное море 1918

Здравствуй, Красное Море, акулья уха, Негритянская ванна, песчаный котел! На утесах твоих, вместо влажного мха, Известняк, словно каменный кактус, расцвел.

Египет 1918

Как картинка из книжки старинной, Услаждавшей мои вечера, Изумрудные эти равнины И раскидистых пальм веера.

Сахара 1918

Все пустыни друг другу от века родны, Но Аравия, Сирия, Гоби, Это лишь затиханье Сахарской волны, В сатанинской воспрянувшей злобе.

Судан 1918

Ах, наверно, сегодняшним утром Слишком громко звучат барабаны, Крокодильей обтянуты кожей, Слишком звонко взывают колдуньи

Абиссиния 1918

Между берегом буйного Красного Моря И суданским таинственным лесом видна, Разметавшись среди четырех плоскогорий, С отдыхающей львицею схожа, страна.

Галла 1918

Восемь дней от Харрара я вел караван Сквозь Черчерские дикие горы И седых на деревьях стрелял обезьян, Засыпал средь корней сикоморы.

Либерия 1921

Берег Верхней Гвинеи богат Медом, золотом, костью слоновой, За оградою каменных гряд Все пришельцу нежданно и ново.

Мадагаскар 1922

Сердце билось, смертно тоскуя, Целый день я бродил в тоске И мне снилось ночью: плыву я По какой-то большой реке.

Замбези 1921

Точно медь в самородном железе, Иглы пламени врезаны в ночь, Напухают валы на Замбези И уносятся с гиканьем прочь.

Дамара 1918

Человеку грешно гордиться, Человека ничтожна сила: Над землею когда-то птица Человека сильней царила.

Экваториальный лес 1918

Я поставил палатку на каменном склоне Абиссинских, сбегающих к западу, гор И беспечно смотрел, как пылают закаты Над зеленою крышей далеких лесов.

Дагомея 1918

Царь сказал своему полководцу: „могучий, Ты высок, точно слон дагомейских лесов, Но ты все-таки ниже торжественной кучи Отсеченных тобой человечьих голов.

Нигер 1918

Я на карте моей под ненужною сеткой Сочиненных для скуки долгот и широт, Замечаю, как что-то чернеющей веткой, Виноградной оброненной веткой ползет.

Алжир и Тунис 1918

От Европы старинной Оторвавшись, Алжир, Как изгнанник невинный, В знойной Африке сир.

Мой час 31 авг 1919

Еще не наступил рассвет, Ни ночи нет, ни утра нет, Ворона под моим окном Спросонья шевелит крылом,

Естество 31 авг 1919

Я не печалюсь, что с природы Покров, ее скрывавший, снят, Что древний лес, седые воды Не кроют фавнов и наяд.

Душа и тело 1919

Над городом плывет ночная тишь И каждый шорох делается глуше, А ты, душа, ты всё-таки молчишь. Помилуй, Боже, мраморные души.

Слово 1919

В оный день, когда над миром новым Бог склонял лицо свое, тогда Солнце останавливали словом, Словом разрушали города.

Лес 1919

В том лесу белесоватые стволы Выступали неожиданно из мглы. Из земли за корнем корень выходил,

У цыган 1921

Толстый, качался он, как в дурмане, Зубы блестели из-под хищных усов, На ярко-красном его доломане Сплетались узлы золотых шнуров.

Память 1920

Только змеи сбрасывают кожи, Чтоб душа старела и росла. Мы, увы, со змеями не схожи, Мы меняем души, не тела.

Слонёнок 1921

Моя любовь к тебе сейчас — слоненок, Родившийся в Берлине, иль Париже И топающий ватными ступнями По комнатам хозяина зверинца.

Шестое чувство 1919

Прекрасно в нас влюбленное вино И добрый хлеб, что в печь для нас садится, И женщина, которою дано, Сперва измучившись, нам насладиться.

Ольга 1921

Эльга, Эльга! — звучало над полями, Где ломали друг другу крестцы С голубыми, свирепыми глазами И жилистыми руками молодцы.

Пьяный дервиш 1921

Соловьи на кипарисах и над озером луна, Камень черный, камень белый, много выпил я вина, Мне сейчас бутылка пела громче сердца моего: Мир лишь луч от лика друга, всё иное тень его!

Индюк дек 1920

На утре памяти неверной Я вспоминаю пестрый луг, Где царствовал высокомерный Мной обожаемый индюк.

Звёздный ужас 1921

Это было золотою ночью, Золотою ночью, но безлунной, Он бежал, бежал через равнину, На колени падал, поднимался,

Леопард 1921

Если убитому леопарду не опалить немедленно усов, дух его будет преследовать охотника. Абиссинское поверье.

Перстень 1921

Уронила девушка перстень В колодец, в колодец ночной, Простирает легкие персты К холодной воде ключевой.

Молитва мастеров 1921

Я помню древнюю молитву мастеров: Храни нас, Господи, от тех учеников, Которые хотят, чтоб наш убогий гений

Мои читатели 1921

Старый бродяга в Аддис-Абебе, Покоривший многие племена, Прислал ко мне черного копьеносца С приветом, составленным из моих стихов.

Леопарди

О праздниках, о звоне струн, о нарде О неумолчной радости земли, Ты ничего не ведал, Леопарди,

Девятнадцатый век 1921

Трагикомедией — названьем «человек» — Был девятнадцатый смешной и страшный век, Век, страшный потому, что в полном цвете силы Смотрел он на небо, как смотрят в глубь могилы,

Похвала ямбу ноя 1920

Тебе, четырехстопный ямб Ритмически многообразный, Наш вынужденный дифирамб Блеснет, всех стоп игрой алмазной.

Дочь змия 21 фев 1921

Простерла Змея на горячих ступенях Зеленой туникой обтянутый стан, Народ перед нею стоит на коленях, И струны звенят и грохочет тимпам.

Пантум 1921

Какая смертная тоска Нам приходить и ждать напрасно. А если я попал в Чека? Вы знаете, что я не красный!

Ангел мар 1919

Крылья плещут в небесах, как знамя, Орлий клёкот, бешеный полёт — Половина туловища — пламя, Половина туловища — лед…

Грёза ночная и тёмная 1905

На небе сходились тяжёлые, грозные тучи, Меж них багровела луна, как смертельная рана, Зелёного Эрина воин, Кухулин могучий Упал под мечем короля океана, Сварана.

Манлий 1908

Манлий сброшен. Право Рима, Власть всё та же, что была, И как прежде недвижима Нерушимая скала.

Девушки 1910

Нравятся девушкам рупии С изображением птицы. Они покидают родителей, Чтобы идти за французами.

Любовь весной 1917

Перед ночью северной, короткой, И за нею зори — словно кровь, Подошла неслышною походкой, Посмотрела на меня любовь…

Обещанье 1917

С протянутыми руками, С душой, где звёзды зажглись, Идут святыми путями Избранники духов ввысь.

Отрывок из пьесы 1917

Так вот платаны, пальмы, тёмный грот, Которые я так любил когда-то. Да и теперь люблю… Но место дам Рукам, вперёд протянутым как ветви,

Позор 1917

Вероятно, в жизни предыдущей Я зарезал и отца и мать, Если в этой — Боже Присносущий! — Так жестоко осуждён страдать.

Пропавший день 1917

Всю ночь говорил я с ночью, Когда ж наконец я лёг, Уж хоры гремели птичьи, Уж был золотым восток.

Аннам 1918

Месяц стоит посредине Дивно-огромного неба, Ветер в бамбуковой чаще, Благоухающий воздух,

Детская песенка 1918

Что это так красен рот у жабы, Не жевала ль эта жаба бетель? Пусть скорей приходит та, что хочет Моего отца женой стать милой!

Дом 1918

Тот дом, где я играл ребёнком, Пожрал беспощадный огонь. Я сел на корабль золочёный,

Дорога 1918

Я видел пред собой дорогу В тени раскидистых дубов, Такую милую дорогу Вдоль изгороди из цветов.

Кха 1918

Где вы, красивые девушки, Вы, что ответить не можете, Вы, что меня оставляете Ослабевающим голосом

Лаос 1918

Девушка, твои так нежны щёки, Грудь твоя — как холмик невысокий. Полюби меня, и мы отныне

Луна на море 1918

Луна уже покинула утёсы, Прозрачным море золотом полно, И пьют друзья на лодке остроносой, Не торопясь, горячее вино.

Поэт 1918

Я слышал из сада, как женщина пела, Но я, я смотрел на луну. И я никогда о певице не думал,

Прощенье 1918

Ты пожалела, ты простила И даже руку подала мне, Когда в душе, где смерть бродила, И камня не было на камне.

Соединение 1918

Луна восходит на ночное небо И, светлая, покоится влюблённо. По озеру вечерний ветер бродит,

Странник 1918

Странник, далеко от родины, И без денег и без друзей, Ты не слышишь сладкой музыки Материнского языка.

В день рождения Мика 3 июл 1918

Первая книга Гиперборея Вышла на свет, за себя не краснея, Если и будет краснеть вторая, То как Аврора молодая,

Отраженье гор 1922

Сердце радостно, сердце крылато. В лёгкой, маленькой лодке моей Я скитаюсь по воле зыбей От восхода весь день до заката

Темы автора

Произведения автора на его возрастной шкале

Your browser does not support the canvas element.

Произведения на возрастной шкале

Интерактивная диаграмма отображает произведения поэта на его возрастной шкале. Стихотворения без даты здесь не представлены.

Диаграмма тегов

Your browser does not support the canvas element.

Диаграмма тегов

Эта диаграмма отображает связь между автором и используемыми тегами.

Николай Гумилёв. Все произведения автора доступны для чтения онлайн. Страница регулярно дополняется новыми материалами.