Марина Цветаева

Не растеклась еще
Кровь Иисусова.
Над безнапраслинкой –
Времячко Бусово.

Без повороту и без возврату,
Часом и веком.
Это сестра провожает брата
В темную реку.

Есть час на те слова.
Из слуховых глушизн
Высокие права
Выстукивает жизнь.

Лютая юдоль,
Дольняя любовь.
Руки: свет и соль.
Губы: смоль и кровь.

Так, в скудном труженичестве дней,
Так, в трудной судорожности к ней,
Забудешь дружественный хорей
Подруги мужественной своей.

Ночные шепота: шелка
Разбрасывающая рука.
Ночные шепота: шелка
Разглаживающие уста.

Ищи себе доверчивых подруг,
Не выправивших чуда на число.
Я знаю, что Венера – дело рук,
Ремесленник – и знаю ремесло.

Помни закон:
Здесь не владей!
Чтобы потом –
В Граде Друзей:

Когда же, Господин,
На жизнь мою сойдет
Спокойствие седин,
Спокойствие высот.

По загарам – топор и плуг.
Хватит – смуглому праху дань!
Для ремесленнических рук
Дорога трудовая рань.

Некоторым – не закон.
В час, когда условный сон
Праведен, почти что свят,
Некоторые не спят:

Дабы ты меня не видел –
В жизнь – пронзительной, незримой
Изгородью окружусь.

Здравствуй! Не стрела, не камень:
Я! – Живейшая из жен:
Жизнь. Обеими руками
В твой невыспавшийся сон.

В пустынной хра́мине
Троилась – ладаном.
Зерном и пламенем
На темя падала…

Ах, с откровенного отвеса –
Вниз – чтобы в прах и в смоль!
Земной любови недовесок
Слезой солить – доколь?

Ночного гостя не застанешь…
Спи и проспи навек
В испытаннейшем из пристанищ
Сей невозможный свет.

И скажешь ты:
Не та ль,
Не ты,
Что сквозь персты:

Неподражаемо лжет жизнь:
Сверх ожидания, сверх лжи…
Но по дрожанию всех жил
Можешь узнать: жизнь!

Руки – и в круг
Перепродаж и переуступок!
Только бы губ,
Только бы рук мне не перепутать!

Думалось: будут легки
Дни – и бестрепетна смежность
Рук. – Взмахом руки,
Друг, остановимте нежность.