Литературная травля, или Раздраженный библиограф

(ЭПИЗОД ИЗ ПОЭМЫ-АВТОБИОГРАФИИ САВВЫ НАМОРДНИКОВА) …О светские забавы! Пришлось вам поклониться. Литературной славы Решился я добиться. Недолго думал думу, Достал два автографа — И вышел не без шуму На путь библиографа. Шекспировых творений Составил полный список, Без важных упущений И без больших описок. Всего-то две ошибки Открыли журналисты, Как их умы ни гибки, Как перья ни речисты: Какую-то «Заиру» Позднейшего поэта Я приписал Шекспиру, Да пропустил «Гамлета». Ну что ж? большая важность! Эх! русские журналы! Невежество, продажность, А метят в либералы! Посыпались нападки. Я пробовал сначала Свалить на опечатки, Но вышло толку мало! Тогда я хвать брошюру — И тут остался с носом: На всю литературу Сочли ее доносом! И тут пошла потеха! «Ты варвар, ты китаец, Друг мрака, враг успеха!» Так пса увидя, заяц Засуется, метнется К тому, к другому краю И разом попадется Во всю собачью стаю! Дней сто не прекращали Журнальной этой бани, И даже тех ругали, Кто мало сыпал брани! Такой ужасной травли Не видано лет двести. А ведь за что? Не прав ли, Не прав ли я, по чести? Что я сказал? «Мальчишки, Не годные мне в слуги! Какие их чинишки? Какие их заслуги? Дудышкин, Чернышевский, Какой-то Бов, Громека! Один Андрей Краевский Похож на человека! Как посмотреть построже Да привести всё в ясность, Так тут,— помилуй боже! — Отечеству опасность… Все завистию дышат, Кто к чину, кто к карману, Не по призванью пишут, А с голоду да спьяну! И смели целой ратью Глумиться надо мною! Ужель, по их понятью, Я Гербеля не стою?..» И вот за правду-матку Терплю теперь гоненье! Пускай бы взял я взятку, Отжилил чье именье… Да если б и канальство Зашло в мои делишки — Карай меня начальство, А вы молчать, мальчишки! А впрочем, я за гласность, Я сам бывал в Париже, Но там — какая разность! - Народ гораздо тише. Притом язык французский И брань облагородит: Уклончив, мил… а русский Как кнут по членам ходит. К ругательствам способен Признала вся Европа: Своеобразен, злобен! Хорош он для холопа, Но груб для нашей кожи; Притом и формы узки. Недаром все вельможи Писали по-французски: Де-Жеребцов, Мещерский, Де-Кокорев… Но будет! От этой брани дерзкой Меня ведь не убудет! Не оттого немеем, Что защищаться нечем. С Булгариным Фаддеем И с Николаем Гречем Истории такие Не так кончались прежде. Но времена другие… А впрочем, я в надежде! Я повторяю то же: Лишь привести всё в ясность Так тут,— помилуй боже! — Отечеству опасность!.. Но лучший, без сомненья, Ответ на укоризны — Труд, полный изученья И нужный для отчизны. Могу себя прославить И без журнальных стычек: Решился я составить «Словарь собачьих кличек»! Сей труд монументальный И деньги мне доставит, И зависти нахальной Шипение подавит. Довольно, будет ахов… Я знаю, будут ради Дудышкин и Галахов, Гаевский и Геннади! Сам Лонгинов напишет Статью — он мне приятель. Пускай весь мир услышит!.. Пока прощай, читатель!