1
Я часто думаю о старости своей, О мудрости и о покое.
2
А я уже стою в саду иной земли, Среди кровавых роз и влажных лилий, И повествует мне гекзаметром Виргилий О высшей радости земли.
3
Колокольные звоны И зелёные клёны, И летучие мыши. И Шекспир и Овидий — Для того, кто их слышит, Для того, кто их видит, Оттого всё на свете И грустит о поэте.
4
Я рад, что он уходит, чад угарный, Мне двадцать лет тому назад сознанье Застлавший, как туман кровавый очи Схватившемуся в ярости за нож; Что тело женщины меня не дразнит, Что слава женщины меня не ранит, Что я в ветвях не вижу рук воздетых, Не слышу вздохов в шорохе травы.
Высокий дом Себе Господь построил На рубеже Своих святых владений С владеньями владыки-Люцифера…
5
Трагикомедией — названьем «Человек» — Был девятнадцатый смешной и страшный век, Век страшный потому, что в полном цвете силы Смотрел он на небо, как смотрят в глубь могилы, И потому смешной, что думал он найти В недостижимое доступные пути; Век героических надежд и совершений…
