От Европы старинной Оторвавшись, Алжир, Как изгнанник невинный, В знойной Африке сир.
И к Италии дальной Дивно выгнутый мыс Простирает печальный Брат Алжира, Тунис.
Здесь по-прежнему стойки Под напором ветров Башни римской постройки, Колоннады дворцов.
У крутых побережий На зелёном лугу Липы, ясени те же, Что на том берегу.
И Атласа громада Тяжела и черна, Словно Сиерра-Невада Ей от века родна.
Этих каменных скатов Мы боялись, когда Варварийских пиратов Здесь гнездились суда.
И кровавились воды, И молил Сервантес Вожделенной свободы У горячих небес.
Но Алжирского бея Дни давно пронеслись. За Алжиром, слабея, Покорился Тунис.
И былые союзы Вспомнив с этой страной, Захватили французы Край наследственный свой.
Ныне эти долины Игр и песен приют, С крутизны Константины Христиан не столкнут.
Нож кривой янычара Их не срубит голов И под пулей Жерара Пал последний из львов.
И в стране, превращённой В фантастический сад, До сих пор запрещённый, Вновь зацвёл виноград.
Средь полей кукурузы Поднялись города, Где смакуют французы Смесь абсента и льда.
И глядят бедуины, Уважая гостей, На большие витрины Чужеземных сластей.
Но на север и ныне Юг оскалил клыки. Всё ползут из пустыни Рыжей стаей пески.
Вместо хижин — могилы. Вместо озера — рвы… И отходят кабилы, Огрызаясь, как львы.
Только белый бороться Рад со всяким врагом, Вырывает колодцы, Садит пальмы кругом.
Он выходит навстречу Этой тучи сухой, Словно рыцарь на сечу С исполинской змеёй.
И как нежные девы Золотой старины, В тихом поле посевы Им одним спасены.
