Современность
1911 · Опуб. 1911
Я закрыл «Илиаду» и сел у окна.
На губах трепетало последнее слово.
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркёров.
Так, в далёкой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя…
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ
Кратко о произведении
Стихотворение соединяет античный эпос и современную действительность, где герои «Илиады» отражаются в случайных лицах и повседневных сценах. Лирический герой устал от громких образов подвига и величия и находит утешение в тихой, почти незаметной нежности — в живом, простом человеческом чувстве, которое оказывается ближе и важнее любого мифа.
ПримечанияПояснения к тексту
Николай Гумилёв · Современность
По свидетельству Ахматовой, в стихотворении говорится о ней. 16 июля 1915 г. Гумилёв писал с фронта Ахматовой: «Я всё читаю «Илиаду»: удивительно подходящее чтенье <…> Некоторые описания, сравнения и замечания сделали бы честь любому модернисту. Нет, не прав был Анненский, говоря, что Гомер как поэт умер».
Разбор и объясненияСмысл, образы и контекст
Готовый разбор пока недоступен. При открытии раздела подготовим объяснения. Это может занять до двух минут.
Видео и прочтенияПослушать произведение
При открытии раздела выполним поиск прочтений на YouTube.
Поискать на YouTube ↗