Михаил Лермонтов

Пускай ханжа глядит с презреньем
На беззаконный наш союз,
Пускай людским предубежденьем
Ты лишена семейных уз,

Прости! — забудь, что ты певца
Так пламенно любила.

Примите дивное посланье
Из края дальнего сего;
Оно не Павлово писанье —
Но Павел вам отдаст его.

Катерина, Катерина,
Удалая голова!
Из святого Августина
Ты заимствуешь слова.

Ох ты гой еси, царь Иван Васильевич!
Про тебя нашу песню сложили мы,
Про твово любимого опричника
Да про смелого купца, про Калашникова;

Отделкой золотой блистает мой кинжал,
‎ Клинок надежный, без порока;
Булат его хранит таинственный закал —
‎ Наследье бранного востока.

1

Я знал его: мы странствовали с ним
В горах востока, и тоску изгнанья

Молча сижу под окошком темницы;
Синее небо отсюда мне видно:
В небе играют всё вольные птицы;
Глядя на них, мне и больно и стыдно.

Посреди небесных тел
Лик луны туманной.
Как он кругл и как он бел!
Точно блин с сметаной...

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ.

С тех пор как вечный судия
Мне дал всеведенье пророка,
В очах людей читаю я
Страницы злобы и порока.

Меж тем, как Франция, среди рукоплесканий
И кликов радостных, встречает хладный прах
Погибшего давно среди немых страданий
В изгнаньи мрачном и в цепях;