Марина Цветаева

Не в споре, а в мире –
Согласные сестры.
Одна – меч двуострый
Меж грудью и миром

Твои … черты,
Запечатленные Кануном.
Я буду стариться, а ты
Останешься таким же юным.

До убедительности, до
Убийственности – просто:
Две птицы вили мне гнездо:
Истина – и Сиротство.

Вопль стародавний,
Плач Ярославны –
Слышите?
С башенной вышечки

С Новым Годом, Лебединый стан!
Славные обломки!
С Новым Годом – по чужим местам –
Воины с котомкой!

От Ильменя – до вод Каспийских
Плеча рванулись в ширь.
Бьет по щекам твоим – российский
Румянец-богатырь.

Как нежный шут о злом своем уродстве,
Я повествую о своем сиротстве…

За князем – род, за серафимом – сонм,

Соратник в чудесах и бедах
Герб, во щитах моих и дедов
. . . . . .выше туч:
Крыло – стрела – и ключ.

Как закон голубиный вымарывая, –
Руку судорогой не свело, –
А случилось: заморское марево
Русским заревом здесь расцвело.

В сновидящий час мой бессонный, совиный
Так . . . . . .я вдруг поняла:
Я знаю: не сердце во мне, – сердцевина
На всем протяженье ствола.

Есть некий час…
Тютчев.

Есть некий час – как сброшенная клажа:

Быть мальчиком твоим светлоголовым,
– О, через все века! –
За пыльным пурпуром твоим брести в суровом
Плаще ученика.

Солнце Вечера – добрее
Солнца в полдень.
Изуверствует – не греет
Солнце в полдень.

Пало прениже волн
Бремя дневное.
Тихо взошли на холм
Вечные – двое.

Был час чудотворен и полн,
Как древние были.
Я помню – бок ó бок – на холм,
Я помню – всходили…

Все великолепье
Труб – лишь только лепет
Трав – перед Тобой.

По холмам – круглым и смуглым,
Под лучом – сильным и пыльным,
Сапожком – робким и кротким –
За плащом – рдяным и рваным.

Как настигаемый олень
Летит перо.
О . . . . . . . . .
И как хитро!

Как разгораются – каким валежником!
На площадях ночных – святыни кровные!
Пред самозванческим указом Нежности –
Что наши доблести и родословные!

Бессонница! Друг мой!
Опять твою руку
С протянутым кубком
Встречаю в беззвучно –