Марина Цветаева

Ты дал нам мужества –
На сто жизней!
Пусть земли кружатся,
Мы – недвижны.

Молодой колоколенкой
Ты любуешься – в воздухе.
Голосок у ней тоненький,
В ясном куполе – звездочки.

Поступью сановнически-гордой
Прохожу сквозь строй простонародья.
На груди – ценою в три угодья –
Господом пожалованный орден.

Был мне подан с высоких небес
Меч серебряный – воинский крест.

Был мне с неба пасхальный тропарь:

Отнимите жемчуг – останутся слезы,
Отнимите злато – останутся листья
Осеннего клена, отнимите пурпур –
Останется кровь.

Над черною пучиной водною –
Последний звон.
Лавиною простонародною
Низринут трон.

Любовь! Любовь! Куда ушла ты?
– Оставила свой дом богатый,
Надела воинские латы.

Ты персияночка – луна, а месяц – турок,
Ты полоняночка, луна, а он – наездник,
Ты нарумянена, луна, а он, поджарый,
Отроду желт, как Знание и Знать.

Осень. Деревья в аллее – как воины.
Каждое дерево пахнет по-своему.
Войско Господне.

Утро. Надо чистить чаши,
Надо розы поливать.

Полдень. Смуглую маслину

А всему предпочла
Нежный воздух садовый.
В монастырском саду,
Где монашки и вдовы,

Дочери катят серсо,
Матери катят – сердца.
И по дороге столбом
Пыль от сердец и серсо.

Героизму пристало стынуть.
Холод статен, как я сама.
Здравствуй, – белая-свет-пустыня,
Героическая зима!

Не смущаю, не пою
Женскою отравою.
Руку верную даю –
Пишущую, правую.

Бури-вьюги, вихри-ветры вас взлелеяли,
А останетесь вы в песне – белы-лебеди!

Знамя, шитое крестами, в саван выцвело.

Я берег покидал туманный Альбиона…
Батюшков.

«Я берег покидал туманный Альбиона»…

Сладко вдвоем – на одном коне,
В том же челне – на одной волне,
Сладко вдвоем – от одной краюшки –
Слаще всего – на одной подушке.

Поступь легкая моя,
– Чистой совести примета –
Поступь легкая моя,
Песня звонкая моя –

На плече моем на правом
Примостился голубь-утро,
На плече моем на левом
Примостился филин-ночь.

Я помню ночь на склоне ноября.
Туман и дождь. При свете фонаря
Ваш нежный лик – сомнительный и странный,
По-диккенсовски – тусклый и туманный,