Был день — когда господней правды молот Громил, дробил ветхозаветный храм, И, собственным мечом своим заколот, В нем издыхал первосвященник сам.
Еще страшней, еще неумолимей И в наши дни — дни Божьего суда — Свершится казнь в отступническом Риме Над лженаместником Христа.
Столетья шли, ему прощалось много, Кривые толки — темные дела — Но не простится правдой Бога Его последняя хула…
Не от меча погибнет он земного, Мечом земным владевший столько лет, — Его погубит роковое слово: «Свобода совести есть бред!»
