Пускай я порою от спирта вымок, Пусть сердце слабеет, тускнеют очи, Но, Гурвич! взглянувши на этот снимок, Ты вспомни меня и «Бакинский рабочий».
Не знаю, мой праздник иль худший день их, Мы часто друг друга по-сучьи лаем, Но если бы Фришберг давал нам денег, Тогда бы газета была нам раем.
