Пунш и полночь. Пунш – и Пушкин, Пунш – и пенковая трубка Пышущая. Пунш – и лепет Бальных башмачков по хриплым Половицам. И – как призрак – В полукруге арки – птицей – Бабочкой ночной – Психея! Шепот: «Вы еще не спите? Я – проститься…» Взор потуплен. (Может быть, прощенья просит За грядущие проказы Этой ночи?) Каждый пальчик Ручек, павших Вам на плечи, Каждый перл на шейке плавной По сто раз перецелован. И на цыпочках – как пери! – Пируэтом – привиденьем – Выпорхнула. Пунш – и полночь. Вновь впорхнула: «Что за память! Позабыла опахало! Опоздаю… В первой паре Полонеза…» Плащ накинув На одно плечо – покорно – Под руку поэт – Психею По трепещущим ступенькам Провожает. Лапки в плед ей Сам укутал, волчью полость Сам запахивает… – «С Богом!»
А Психея, К спутнице припав – слепому Пугалу в чепце – трепещет: Не прожег ли ей перчатку Пылкий поцелуй арапа…
* * *
Пунш и полночь. Пунш и пепла Ниспаденье на персидский Палевый халат – и платья Бального пустая пена В пыльном зеркале…
