Склонись ко мне, красавец молодой! Как ты стыдлив! — ужели в первый раз Грудь женскую ласкаешь ты рукой? В моих объятьях вот уж целый час Лежишь — а страха всё не превозмог... Не лучше ли у сердца, чем у ног? Дай мне одну минуту в жизнь свою... Что злато? — я тебя люблю, люблю!..
Ты так хорош! — бывало, жду, когда Настанет вечер, сяду у окна... И мимо ты идешь, бывало, да, — Ты помнишь? — серебристая луна, Как ангел средь отверженных, меж туч Блуждала, на тебя кидая луч, И я гордилась тем, что наконец Соперница моя небес жилец.
Печать презренья на моем челе, Но справедлив ли мира приговор? Что добродетель, если на земле Проступок не бесчестье — но позор? Поверь, невинных женщин вовсе нет, Лишь по желанью случай и предмет Не вечно тут. Любить не ставит в грех Та одного, та многих — эта всех!
Родителей не знала я своих, Воспитана старухою чужой, Не знала я веселья дней младых, — И даже не гордилась красотой; В пятнадцать лет, по воле злой судьбы, Я продана злодею — ни мольбы, Ни слезы не могли спасти меня. С тех пор я гибну, гибну — день от дня.
Мне мил мой стыд! он право мне дает Тебя любить, тебя на миг один Отторгнуть от мучительных забот! О, наслаждайся! — ты мой господин! Хотя тебе случится, может быть, Меня в своих объятьях задушить, Блаженством смерть мне будет от тебя. Мой друг! — чего не вынесешь любя!
