Царедворец ушел во дворец. Раб согнулся над коркою черствой. Изломала – от скуки – ларец Молодая жена царедворца.
Голубям раскусила зоба, Исщипала служанку – от скуки, И теперь молодого раба Притянула за смуглые руки.
– Отчего твои очи грустны? В погребах наших – царские вина! – Бедный юноша – я, вижу сны! И служу своему господину.
– Позабавь же свою госпожу! Солнце жжет, господин наш – далёко… – Я тому господину служу, Чье не дремлет огромное око.
Длинный лай дозирающих псов, Дуновение рощи миндальной. Рокот спорящих голосов В царедворческой опочивальне.
– Я сберег господину – казну. – Раб! Казна и жена – не едино. – Ты алмаз у него. Как дерзну – На алмаз своего господина?!
Спор Иосифа! Перед тобой – Что – Иакова единоборство! И глотает – с улыбкою – вой Молодая жена царедворца.
