(Посвящается *****)
Клариссу юноша любил, Давно тому назад. Он сердце девы получил: А сердце — лучший клад. Уж громкой колокол гудёт, И в церкви поп с венцами ждёт.
И вдруг раздался крик войны, Подъяты знамена: Спешат отечества сыны — И ноги в стремена! Идет Калмар, томим тоской, Проститься с девой молодой.
«Клянись, что вечно, — молвил он, — Мне не изменишь ты! — Пускай холодной смерти сон, О дева красоты, Нас осеняет под землёй, Коль не венцы любви святой!»
Кларисса клятву говорит, Дрожит слеза в очах, Разлуки поцелуй горит На розовых устах: «Вот поцелуй последний мой — С тобою в храм и в гроб с тобой!»
— Итак, прости! жалей меня: Печален мой удел! — Калмар садится на коня И вихрем полетел... Дни мчатся... снег в полях лежит... Всё дева плачет да грустит...
Вот и весна явилась вновь, И в солнце прежний жар. Проходит женская любовь, Забыт, забыт Калмар! И должен получить другой Ее красу с ее рукой.
С невестой под руку жених Пирует за столом, Гостей обходит и родных Стакан, шипя вином. Пир брачный весело шумит; Лишь молча гость один сидит.
На нем шелом избит в боях, Под хладной сталью лик, И плащ изорван на плечах, И ржавый меч велик. Сидит он прям и недвижим, И речь начать боятся с ним...;
«Что гость любезный наш не пьет, — Кларисса вдруг к нему, — И что он нить не перервет Молчанью своему? Кто он? откуда в нашу дверь? Могу ли я узнать теперь?»
Не стон, не вздох он испустил — Какой-то странный звук Невольным страхом поразил Мою невесту вдруг. Все гости: ах! — открыл пришлец Лицо свое: — то был мертвец.
Трепещут все, спасенья нет, Жених забыл свой меч. «Ты помнишь ли, — сказал скелет, — Свою прощальну речь: Калмар забыт не будет мной; С тобою в храм и в гроб с тобой!
Калмар твой пал на битве — там, В отчаянной борьбе. Венец, девица, в гробе нам: Я верен был тебе!..» Он обхватил ее рукой, И оба скрылись под землей.
В том доме каждый круглый год Две тени, говорят, (Когда меж звезд луна бредет, И все живые спят) Являются, как легкий дым, Бродя по комнатам пустым!..
