Николай Некрасов

Так запой, о поэт! Чтобы всем матерям
На Руси на святой, по глухим деревням,
Было слышно, что враг сокрушен, полонен,
А твой сын — невредим, и победа за ним,

Великое чувство! У каждых дверей,
В какой стороне ни заедем,
Мы слышим, как дети зовут матерей
Далеких, но рвущихся к детям.

I
Сущность

Если в душе твоей ясны

Скоро — приметы мои хороши,—
Скоро покину обитель печали:
Вечные спутники русской души —
Ненависть, страх — замолчали.

Букинист

А вот еще изданье. Страсть
Как грязно! Впрочем, ваша власть —

Устал я, устал я… мне время уснуть,
О Русь! ты несчастна… я знаю…
Но всё ж, озирая мой пройденный путь,
Я к лучшему шаг замечаю.

О Муза! я у двери гроба!
Пускай я много виноват,
Пусть увеличит во сто крат
Мои вины людская злоба —

Всюду с Музой проникающий,
В дом заброшенный, пустой
Я попал. Как зверь рыкающий,
Кто-то пел там за стеной:

Дайте срок, всю правду вам
Про себя скажу я сам!

Администрация — берет
И очень скупо выпускает,
Плутосократия дерет
И ничего не возвращает,

Видно, вновь в какой нелепости
Молодежь уличена,—
На квартиры подле крепости
Поднимается цена.

Развенчан нами сей кумир
С его бездейственной, фразистою любовью,
Умны мы стали: верит мир
Лишь доблести, запечатленной кровью…

(Вчерашняя сцена)

Лошади бойко по рельсам катили
Полный громадный вагон.

Что сидишь ты сложа руки?
Ты окончил курс науки,
Любишь русский край,

Так умереть? — ты мне сказала.
Я отвечал надменно: да!
Не знал я той, что мне внимала,
Не знал души твоей тогда.

Если ты красоте поклоняешься,
Снег и зиму люби. Красоту
Называют недаром холодною, —
Погляди на коней на мосту,

За желанье свободы народу
Потеряем мы сами свободу,
За святое стремленье к добру, —
Нам в тюрьме отведут конуру.

Была эадумана пьеса «Ершов-лекарь». Он был хороший человек, полезный народу в своем углу. Задел, по неосторожности, надевая шубу в волостном правлении, за висевший в присутствии портрет, уронил его, враги донесли, и его куда-то заслали.
Рассказывает дьячок-заика. Как начнет, так и дует без передышки, а как заикнется, то час не дождешься продолжения. Такой и размер я старался подобрать:

Он попал в нашу местность

В твоем сердце, в минуты свободные,
Что в нем скрыто, хотел я прочесть.
Несомненно черты благородные
Русских женщин в душе твоей есть.

В одном из переулков дальных
Среди друзей своих печальных
Поэт в подвале умирал
И перед смертью им сказал: