Афанасий Фет

Стихом моим незвучным и упорным
Напрасно я высказывать хочу
Порыв души, но, звуком непокорным
Обманутый, душой к тебе лечу.

Как майский голубоокий
Зефир, ты, мой друг, хороша;
Моя ж — что эолова арфа,
Чутка и послушна душа.

Сосна так темна, хоть и месяц
Глядит между длинных ветвей.
То клонит ко сну, то очнешься,
То мельница, то соловей,

Отчего все звезды стали
Неподвижною чредой
И, любуясь друг на друга,
Не летят одна к другой?

Днём ли или вечером,
Ранней ли зарёй —
Только бы невидимо
Пел ты надо мной.

Прозрачную канву цветами убирая,
На мягких клавишах, иль с веером резным,
В перчатке крошечной, иль по локоть нагая, —
Понятной грацией, движением родным

Уснули метели
С печальной зимой,
Грачи прилетели,
Пахнуло весной.

Она резва,
Как рыбка;
Ее слова
Так гибко

Перчатку эту
Я подстерег:
Она поэту
Немой залог

На склоне у лона морской глубины
Стояла стена вековая,
И мох зеленел по уступам стены,
Трава колыхалась сухая.

Не бойся вечернего сада,
На дом оглянися назад, –
Смотри-ка: все окна фасада
Зарею вечерней горят.

Перлы восточные – зубы у ней,
Шелк шемаханский – коса;
Мягко и ярко, что утро весной,
Светят большие глаза.

Как ум к ней идет, как к ней чувство идет,
Как чувство с умом в ней умеет сродниться,
Умеет родное найти – и на нем
Так ярко и тонко всегда отразиться.

Утром курится поляна,
Вьется волнистый туман,
И на развивы тумана
Весело смотрит Титан.

В руке с тамбурином, в глазах с упоеньем,
Ты гнешься и вьешься, плывешь и летишь…
Так чуткая травка под грезы Эола,
Под сонную арфу качается в тишь.

Я узнаю тебя и твой белый вуаль,
Где роняет цветы благовонный миндаль,
За решеткою сада, с лихого коня,
И в ночи при луне, и в сиянии дня;

Мы ехали двое… Под нею
Шел мерно и весело мул.
Мы въехали молча в аллею,
И луч из-за мирты блеснул.

За красавицу соседку,
За глаза ея –
Виноградную беседку
Не забуду я.

С камня на камень висящий,
С брошенных скал на утёс,
Много кристалл твой блестящий
Пены жемчужной унёс.

Безмолвные поля оделись темнотою,
Заря вечерняя сгорела, воздух чист,
В лесу ни ветерка, ни звука над водою,
Лишь по верхам осин лепечет легкий лист,