351 Фет А. А. Пусть, насколько хватит сил…
Пусть, насколько хватит сил, Чернь тебя клянёт! Пусть зелоты на тебя Выступят в поход!
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о свободе, которые исследуют и воспевают желание человека к самовыражению и независимости. Эти произведения отражают различные аспекты свободы — от личной до общественной, подчеркивая её важность в нашей жизни и культуре.
Всего произведений в базе на эту тему: 403
Пусть, насколько хватит сил, Чернь тебя клянёт! Пусть зелоты на тебя Выступят в поход!
Уж если всё от века решено, — Так что ж мне делать? Назначено мне полюбить вино, — Так что ж мне делать?
Мало радостных слов нам оставило прошлое наше Отдадимте ж уста настоящего радостным гудам Жаждет радость советская звуков как полная чаша Да пробьется на свет красота
О бродяга, родства не помнящий – Юность! – Помню: метель мела, Сердце пело. – Из нежной комнаты Я в метель тебя увела.
Ты мне нравишься: ты так молода, Что в полмесяца не спишь и полночи, Что на карте знаешь те города, Где глядели тебе вслед чьи-то очи.
Когда малюткою была – Шальной девчонкой полуголой – Не липла – Господу хвала! – Я к материнскому подолу.
В майское утро качать колыбель? Гордую шею в аркан? Пленнице – прялка, пастушке – свирель, Мне – барабан.
Безупречен и горд В небо поднятый лоб. Непонятен мне герб, И не страшен мне гроб.
Над спящим юнцом – золотые шпоры. Команда: вскачь! Уже по пятам воровская свора. Георгий, плачь!
О, его не привяжете К вашим знакам и тяжестям! Он в малейшую скважинку, Как стройнейший гимнаст…
Ветер, ветер, выметающий, Заметающий следы! Красной птицей залетающий В белокаменные лбы.
Сам не ведая как, Ты слетел без раздумья, Знак любви и безумья, Восклицательный знак!
Вы родились певцом и пажем. Я – с золотом в кудрях. Мы – молоды, и мы еще расскажем О королях.
Голубиная купель, Небо: тридевять земель. Мне, за тем гулявшей за́ морем, Тесно в одиночной камере
Грудь женская! Души застывший вздох, – Суть женская! Волна, всегда врасплох Застигнутая – и всегда врасплох Вас застигающая – видит Бог!
Нет ни прародительских портретов, Ни фамильных книг в моем роду. Я не знаю песен, ими петых, И не их дорогами иду.
Есть подвиги. – По селам стих Не ходит о их смертном часе. Им тесно в житии святых, Им душно на иконостасе.
И не плача зря Об отце и матери – встать, и с Богом По большим дорогам В ночь – без собаки и фонаря.
Стоит, запрокинув горло, И рот закусила в кровь. А руку под грудь уперла – Под левую – где любовь.
Дружить со мной нельзя, любить меня — не можно! Прекрасные глаза, глядите осторожно! Баркасу должно плыть, а мельнице — вертеться. Тебе ль остановить кружа́щееся сердце?
Я не танцую, – без моей вины Пошло волнами розовое платье. Но вот обеими руками вдруг Перехитрен, накрыт и пойман – ветер.
Не надо ее окликать: Ей оклик – что охлест. Ей зов Твой – раною по рукоять. До самых органных низов
…О, самозванцев жалкие усилья! Как сон, как снег, как смерть – святыни – всем. Запрет на Кремль? Запрета нет на крылья! И потому – запрета нет на Кремль!
Пела как стрелы и как морены, Мчащие из-под ног С звуком рвущегося атла́са. – Пела! – и целой стеной матрасной
Я пришел к тебе за хлебом За святым насущным. Точно в самое я небо – Не под кровлю впущен!
Среди диких моряков – простых рыбаков Для шутов и для певцов Стол всегда готов. Само море нам – хлеб,
И что тому костер остылый, Кому разлука – ремесло! Одной волною накатило, Другой волною унесло.
Поэт – издалека заводит речь. Поэта – далеко заводит речь. Планетами, приметами, окольных Притч рытвинами… Между да и нет
Все́ перебрав и все́ отбросив, (В особенности – семафор!) Дичайшей из разноголосиц Школ, оттепелей… (целый хор
Справа, справа – баран круторогий! И сильны мои ноги. Пожелайте мне доброй дороги, Богини и боги!
Его и пуля не берет, И песня не берет! Так и стою, раскрывши рот: – Народ! Какой народ!
Не умрешь, народ! Бог тебя хранит! Сердцем дал – гранат, Грудью дал – гранит.
Чехи подходили к немцам и плевали. (См. мартовские газеты 1939 г.) Брали – скоро и брали – щедро: Взяли горы и взяли недра,
Полон и просторен Край. Одно лишь горе: Нет у чехов – моря. Стало чехам – море
Горы – турам поприще! Черные леса, Долы в воды смотрятся, Горы – в небеса.
В Судетах, ни лесной чешской границе, офицер с 20-тью солдатами, оставив солдат в лесу, вышел на дорогу и стал стрелять в подходящих немцев. Конец его неизвестен. (Из сентябрьских газет 1938 г.) Чешский лесок – Самый лесной.
Обнимаю тебя кругозором Гор, гранитной короною скал. (Занимаю тебя разговором – Чтобы легче дышал, крепче спал.)
Ранне-утреня, Поздне-вечерня, Крепко стукана, Не приручёна,
Так говорю, ибо дарован взгляд Мне в игры хоровые: Нет, пурпурные с головы до пят, А вовсе не сквозные!
Только в очи мы взглянули – без остатка, Только голос наш до вопля вознесен – Как на горло нам – железная перчатка Опускается – по имени – закон.
1 На скольких руках – мои кольца, На скольких устах – мои песни, На скольких очах – мои слезы…
Дремлет мирное селенье Под серебряной луной; Стали горы в отдаленьи Фантастической грядой.
Как прилив могучий, Шел и шел народ, С детски ясной верой, Все вперед, вперед.
Нет, легче жить в тюрьме, рабом, Чем быть свободным человеком И упираться в стену лбом, Не смея спорить с рабским веком!
Знахарка в нашем живет околодке: На́ воду шепчет, на гуще, на водке Да на каких-то гадает травах. Просто наводит, проклятая, страх!
Аммирал-вдовец по морям ходил, По морям ходил, корабли водил, Под Ачаковым бился с туркою, Наносил ему поражение,
Даже вполголоса мы не певали, Мы — горемыки-певцы! Под берегами мы вёдро прождали, Словно лентяи-пловцы.
V. Фельетонная букашка Я — фельетонная букашка, Ищу посильного труда. Я, как ходячая бумажка,
VI. Публика 1 Ай да свободная пресса! Мало вам было хлопот?
— Стой, ямщик! жара несносная, Дальше ехать не могу! — Вишь, пора-то сенокосная — Вся деревня на лугу.
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о свободе, которые исследуют и воспевают желание человека к самовыражению и независимости. Эти произведения отражают различные аспекты свободы — от личной до общественной, подчеркивая её важность в нашей жизни и культуре.