1 Бродский И. А. Рождественский романс
Евгению Рейну, с любовью Плывет в тоске необъяснимой среди кирпичного надсада
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о городе. Погрузитесь в поэтические изображения городских пейзажей, улиц и жизни его жителей. Идеально для тех, кто ищет вдохновение в динамике и ритмах городской среды.
Всего произведений в базе на эту тему: 103
Евгению Рейну, с любовью Плывет в тоске необъяснимой среди кирпичного надсада
…Я бы хотела жить с Вами В маленьком городе, Где вечные сумерки И вечные колокола.
Я вас узнал, о мой оракул! Не по узорной пестроте Сих неподписанных каракул, Но по веселой остроте,
Да! Теперь решено. Без возврата Я покинул родные поля. Уж не будут листвою крылатой Надо мною звенеть тополя.
- Где твои семнадцать лет? - На Большом Каретном. - Где твои семнадцать бед? - На Большом Каретном.
В огромном городе моем – ночь. Из дома сонного иду – прочь. И люди думают: жена, дочь, – А я запомнила одно: ночь.
Я здесь, Инезилья, Я здесь под окном. Объята Севилья И мраком и сном.
Ты, чьи сны еще непробудны, Чьи движенья еще тихи, В переулок сходи Трехпрудный, Если любишь мои стихи.
Над озером, в глухих дубровах, Спасался некогда Монах, Всегда в занятиях суровых, В посте, молитве и трудах.
Адище города окна разбили на крохотные, сосущие светами адки. Рыжие дьяволы, вздымались автомобили, над самым ухом взрывая гудки.
Ты значил все в моей судьбе. Потом пришла война, разруха, И долго-долго о Тебе Ни слуху не было, ни духу.
Промчались годы заточенья Недолго, мирные друзья, Нам видеть кров уединенья И Царскосельские поля.
Проклятый город Кишенев! Тебя бранить язык устанет. Когда-нибудь на грешный кров Твоих запачканных домов
Ты, мерящий меня по дням, Со мною, жаркой и бездомной, По распаленным площадям – Шатался – под луной огромной?
Слава прабабушек томных, Домики старой Москвы, Из переулочков скромных Все исчезаете вы,
Месяц высокий над городом лег, Грезили старые зданья… Голос ваш был безучастно-далек: – «Хочется спать. До свиданья».
Ты запрокидываешь голову Затем, что ты гордец и враль. Какого спутника веселого Привел мне нынешний февраль!
Пускай Поэт с кадильницей наемной Гоняется за счастьем и молвой, Мне страшен свет, проходит век мой темный В безвестности, заглохшею тропой.
Дома до звезд, а небо ниже, Земля в чаду ему близка. В большом и радостном Париже Все та же тайная тоска.
Еще я молод! Молод! Но меня: Моей щеки румяной, крови алой – Моложе – песня красная моя! И эта песня от меня сбежала
Город пышный, город бедный, Дух неволи, стройный вид, Свод небес зелено-бледный, Скука, холод и гранит —
Над Феодосией угас Навеки этот день весенний, И всюду удлиняет тени Прелестный предвечерний час.
1. Вот перешед чрез мост Кокушкин, Опершись <-> о гранит,
Горят электричеством луны На выгнутых, длинных стеблях; Звенят телеграфные струны В незримых и нежных руках;
Здравствуйте, лёгкие звёзды пушистого, первого снега! Быстро на тёмной земле таете вы чередой. Но проворно летят за вами другие снежинки, Словно пчёлы весной, воздух недвижный пестря.
Вот опять окно, Где опять не спят. Может — пьют вино, Может — так сидят.
На што мне облака и степи И вся подсолнечная ширь! Я раб, свои взлюбивший цепи, Благословляющий Сибирь.
Семь холмов – как семь колоколов! На семи колоколах – колокольни. Всех счетом – сорок сороков. Колокольное семихолмие!
Под занавесом дождя От глаз равнодушных кроясь, – О завтра мое! – тебя Выглядываю – как поезд
Когда за городом, задумчив, я брожу И на публичное кладбище захожу, Решетки, столбики, нарядные гробницы, Под коими гниют все мертвецы столицы,
Всё, что минутно, всё, что бренно, Похоронила ты в веках. Ты, как младенец, спишь, Равенна, У сонной вечности в руках.
Превыше крестов и труб, Крещенный в огне и дыме, Архангел-тяжелоступ – Здорово, в веках Владимир!
Где сроки спутаны, где в воздух ввязан Дом – и под номером не наяву! Я расскажу тебе о том, как важно В летейском городе своем живу.
Есть в России город Луга Петербургского округа; Хуже не было б сего Городишки на примете,
Мятущийся куст над обрывом – Смятение уст под наплывом Чувств…
Проснулась улица. Глядит, усталая Глазами хмурыми немых окон На лица сонные, от стужи алые, Что гонят думами упорный сон.
Жёлтый пар петербургской зимы, Жёлтый снег, облипающий плиты… Я не знаю, где вы и где мы, Только знаю, что крепко мы слиты.
Тополей влюбленное цветенье вдоль по Ленинградскому шоссе... Первое мое стихотворенье на твоей газетной полосе...
Die stille Strasse: юная листва Светло шумит, склоняясь над забором, Дома – во сне… Блестящим детским взором Глядим наверх, где меркнет синева.
(Москва) От северных оков освобождая мир, Лишь только на поля, струясь, дохнет зефир,
Скажи, парнасский мой отец, Неужто верных муз любовник Не может нежный быть певец И вместе гвардии полковник?
Если ехать вам случится От **** на *, Там, где Л. струится Меж отлогих берегов, —
В мои осенние досуги, В те дни, как любо мне писать, Вы мне советуете, други, Рассказ забытый продолжать.
Там, где мильоны звезд-лампадок Горят пред ликом старины, Где звон вечерний сердцу сладок, Где башни в небо влюблены;
Здесь, меж вами: домами, деньгами, дымами, Дамами, Думами, Не слюбившись с вами, не сбившись с вами, Неким –
Бледно – лицый Страж над плеском века – Рыцарь, рыцарь, Стерегущий реку.
Четвертый год. Глаза, как лед, Брови уже роковые, Сегодня впервые
Вот и мир, где сияют витрины, Вот Тверская, – мы вечно тоскуем о ней. Кто для Аси нужнее Марины? Милой Асеньки кто мне нужней?
Из рук моих – нерукотворный град Прими, мой странный, мой прекрасный брат. По церковке – все сорок сороков,
Погоди, дружок! Не довольно ли нам камень городской толочь? Зайдем в погребок, Скоротаем ночь.
Исследуйте нашу коллекцию стихотворений о городе. Погрузитесь в поэтические изображения городских пейзажей, улиц и жизни его жителей. Идеально для тех, кто ищет вдохновение в динамике и ритмах городской среды.