Горит деревня. Как в часы заката, Густой багрянец по небу разлит. Раскинув руки, на пороге хаты Расстрелянная женщина лежит.
Малыш озябший, полугодовалый, Прижался к ней, чтоб грудь ее достать. То плачет он надрывно и устало, То смотрит с удивлением на мать.
А сам палач при зареве пожара, Губя живое на своем пути, Спешит на запад, чтоб спастись от кары, Хотя ему, конечно, не уйти!
Сарвар украдкой вышла из подвала, Поблизости услышав детский крик, К крыльцу своих соседей подбежала – И замерла от ужаса на миг.
Ребенка подняла: "Не плачь, мой милый, Не плачь, тебя я унесу в наш дом". Она его согрела, и умыла, И теплым напоила молоком.
Сарвар ласкала малыша впервые, Впервые в ней заговорила мать. А он к ней руки протянул худые И начал слово "мама" лепетать.
Всего семнадцать ей, скажи на милость! Еще вся жизнь, все счастье впереди. Но радость материнства засветилась Уже сейчас у девушки в груди.
Родные звуки песенки знакомой Польются в предвечерней тишине... Мне в этот час пройти бы мимо дома, И заглянуть бы в то окошко мне!
Сарвар малышку вырастит, я знаю, В ее упорство верю до конца. Ведь дочерям страна моя родная Дарует материнские сердца.
